перевозки негабаритного груза автотранспортом

ДИРЕКТИВА СНБ-68

В марте 1948 г. Великобритания, Франция, Бельгия, Голландия и Люксембург подписали в Брюсселе соглашение о коллективной обороне на случай «русской агрессии». Это соглашение было встречено Президентом США Трумэном с большим энтузиазмом. Он подчеркнул важность шага, предпринятого членами содружества стран Запада, и призвал Конгресс США поддержать эту инициативу. 20 января 1949 г. Трумэн объявил конгрессу о своем намерении подписать Североатлантический договор. 4 апреля 1949 г. двенадцать стран, включая участников Брюссельского договора 1948 г., подписали Североатлантический договор, предусматривавший создание военно-политического блока - НАТО. Через три месяца этот договор был ратифицирован Сенатом США.
Заявление ТАСС от 25 сентября 1949 г. об успешном испытании в СССР атомного оружия вызвало смятение в политических и деловых кругах США. Атомной монополии США, лежавшей в основе послевоенного американского внешнеполитического курса, наступил конец. Администрация Трумэна предприняла шаги по установлению контроля за развитием ядерных исследований в СССР, предложив создать под эгидой ООН международный контрольный орган. Это предложение было отвергнуто СССР. В 1950 г. Соединенные Штаты приступили к реализации обширной программы испытаний ядерного оружия, включая водородную бомбу.
К этому времени в связи с развитием событий в Азии обеспокоенность США усиливается. Осложнилась ситуация в Корее, разделенной после войны на две зоны - Северную Корею и Южную Корею. В августе 1948 г. Южная Корея, поддержанная США, объявила себя Республикой Корея, а в сентябре того же года Северная Корея при поддержке СССР и Китая провозгласила себя Корейской Народно-Демократической Республикой (КНДР). Начиная с 1949 г. активизировались действия северокорейских коммунистов, поставивших своей целью любыми средствами добиться объединения страны. Поражение китайских националистов, нанесенное Народно-освободительной армией Китая, бегство Чан Кайши и его сторонников на остров Тайвань и приход к власти в Пекине коммунистов во главе с Мао Цзэдуном вызвали всплеск обвинений в адрес администрации Трумэна и демократов, которым ставились в вину «засилье коммунистов в государственном аппарате, и «потеря Китая». В этих условиях 31 января 1950 г. президент Трумэн направил секретное указание в Совет нациоальной безопасности США, поручив ему разработать директиву, которая содержала бы всесторонний анализ политических, стратегических, экономических и психологических целей США и их возможного влияния на американскую внешнюю политику «с учетом появления у Советского Союза атомной бомбы и возможного появления термоядерной бомбы». Эта директива, принятая 14 апреля 1950 г. и ставшая известной как директива СНБ-68, вошла в историю как один из основных документов «холодной войны».

Анализ

I. ПРЕДПОСЫЛКИ СОВРЕМЕННОГО МИРОВОГО КРИЗИСА

За последние тридцать пять лет мир пережил две небывалые по своей жестокости мировые войны. Он стал свидетелем двух революций - русской и китайской, невиданного доселе размаха и глубины преобразований. Молча наблюдал он за крахом пяти империй - Оттоманской, Австро-Венгерской, Германской, Итальянской и Японской и за серьезным упадком могущества двух крупных имперских систем - британской и французской. Лишь в течение одного поколения серьезно поменялась международная расстановка сил. Несколько столетий ни одному государству не удавалось заполучить такое превосходство в силе, которому не могла бы быть противопоставлена еще большая мощь коалиции других государств. Несмотря на то что мир периодически захлестывали насилие и войны, в целом в нем преобладала система суверенных и независимых государств, которая препятствовала установлению гегемонии какой-либо одной державы.
Однако два сложных и глубоких по своей сути мировых события изменили укоренившийся исторический расклад. Во-первых, поражение Германии и Японии, а также упадок Британской и Французской империй привели к тому, что центрами концентрации силы в мире стали СССР и США. Во-вторых, Советский Союз в отличие от предыдущих претендентов на мировую гегемонию фанатично одержим новой верой и стремится подчинить своей власти остальной мир. Конфликт, таким образом, приобрел локальный характер, он форсируется Советским Союзом исходя из соображений целесообразности с помощью насильственных или ненасильственных методов. С разработкой все более грозных видов оружия массового уничтожения каждый человек оказывается перед лицом постоянной угрозы уничтожения в случае вступления конфликта в фазу тотальной войны.
С одной стороны, народы мира желают избавления от тревог, связанных с возможностью атомной войны. С другой стороны, любое существенное расширение контролируемого Кремлем пространства повышает шансы того, что вскоре Советскому Союзу уже нельзя будет противопоставить коалицию, превосходящую его по мощи.
Стоящие перед нами проблемы имеют первостепенную важность. Сейчас речь идет о судьбе не только нашего государства, но и всей цивилизации. Решение этих вопросов не терпит отлагательств. Наше правительство и народ, который оно представляет, должны быть способны принять судьбоносные решения.



II. ОСНОВНАЯ ЦЕЛЬ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ

Основная цель США изложена в Преамбуле Конституции: " ... дабы образовать более совершенный Союз, установить правосудие, гарантировать внутреннее спокойствие, обеспечить совместную оборону, содействовать всеобщему благоденствию и закрепить блага свободы за нами и потомством нашим". По существу, основной целью является обеспечение целостности и жизнеспособности нашего свободного общества, основанного на понятиях достоинства и чести человека.
Основой для достижения этой цели являются три фактора: наша решимость поддерживать основные элементы свободы личности, как они изложены в Конституции и Билле о правах; наша решимость создавать условия, при которых наша свободная и демократическая система может существовать и процветать, а также наша решимость при необходимости бороться за наш образ жизни, ради которого согласно Декларации независимости "с твердой верой в покровительство Божественного Провидения мы даем взаимный обет жертвовать своими жизнями и своим состоянием и свято блюсти нашу честь".



III. ОСНОВНОЙ ПЛАН КРЕМЛЯ

Основным планом тех, кто возглавляет Советский Союз и международное коммунистическое движение, является сохранение и укрепление своего абсолютного могущества в Советском Союзе и на территориях, находящихся сейчас под их контролем. Вместе с тем реализация этого плана, по мнению советских лидеров, требует постоянного расширения власти и полного уничтожения любой действенной оппозиции.
Таким образом, этот план предполагает либо свержение, либо уничтожение государственного аппарата и структуры общества в странах несоветского мира, а также их замену на зависимые от Кремля или им контролируемые. В настоящее время Советы пытаются осуществить этот план в Евразии. Соединенные Штаты, будучи основным центром концентрации силы на несоветском пространстве и оплотом оппозиции советской экспансии, представляют собой основного врага коммунизма, следовательно, их целостность и жизнеспособность должны быть низложены или уничтожены любым способом, чтобы обеспечить реализацию Кремлем его основополагающего плана.



IV. КОНФЛИКТ ЦЕННОСТЕЙ: ЦЕЛИ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ И ПЛАНЫ КРЕМЛЯ


А. ПРИРОДА КОНФЛИКТА

Кремль рассматривает Соединенные Штаты в качестве единственной преграды на пути реализации своего основного плана. Основной конфликт - это противостояние идеи свободы, в основе которой лежит законность, и идеи рабства мрачной деспотии Кремля. Причиной обострения данного конфликта стала поляризация власти, описанная в разделе 1, а также обладание обеими сторонами атомным оружием. Кроме того, существование идеи свободы чрезвычайно губительно для идеи рабства, но не наоборот. Непоколебимое стремление государства, не знающего ничего, кроме рабства, уничтожить все проявления свободы, бросающей ему вызов, развело две великие державы по противоположным полюсам. Именно данное обстоятельство и придает статус кризиса сложившейся на мировой арене ситуации.
Свободное общество воспринимает индивида как основную ценность, требуя от него лишь самодисциплины и самоограничения в той степени, которая необходима для свободной реализации своих прав другими индивидами этого общества. Свобода индивида имеет две стороны: ответственность индивида не использовать свою свободу образом, ущемляющим свободу других индивидов, и ответственность индивида использовать свою свободу для построения добродетельного общества.
Разносторонность, глубокая терпимость и законопослушность свободного общества начинается именно со свободы и ответственности. Этим и объясняется сила свободных людей, которая образует целостность и обеспечивает жизнестойкость свободной и демократической системы. Свободное общество пытается создать и сохранить такие условия жизни, в которых каждый человек имеет возможность реализовать свои способности. Она также объясняет, почему свободное общество терпимо относится к тем, кто, пользуясь своей свободой, пытается изнутри разрушить общество. Таким же образом, основным инструментом политики свободного общества в межгосударственных отношениях является сила и привлекательность его идеи. Свободное общество не чувствует давления, вынуждающего его пытаться перестроить все остальные формы общественного устройства на свой манер.
Свободное общество не боится разносторонности, наоборот, оно приветствует ее. Оно сильно благодаря умению терпимо относиться к антипатичным идеям, так как оно само по себе является местом, где происходит обмен идеями. И оно непоколебимо в вере в то, что свободные люди сделают свой выбор в пользу лучших идей и выберут возможность более полной и качественной реализации своих способностей.
Идея свободы - самая заразительная идея в истории человечества, она более заразительна, нежели идея подчинения. В обществе, попавшем под господство одного человека или группы людей, стремящихся к абсолютной власти, даже дуновение свободы не может быть спокойно воспринято. Деспот, имеющий абсолютную власть, способен поработить волю остальных индивидов, и тогда их порабощенная воля, требующая от них слепого следования извращенным догмам, становится причиной их деградации. Первая догма гласит, что смыслом существования человека является служение интересам системы. Система становится Богом, подчинение воле Бога становится подчинением системе. Открытого принятия системы уже недостаточно - неуместна даже идея ненасилия, пропагандировавшаяся М. Ганди, может остаться дух противостояния - и человек не будет полностью покорным.
То же самое принуждение, диктующее необходимость полного контроля над всеми без исключения людьми в советском государстве, требует и полного контроля над всеми коммунистическими партиями и всеми государствами, находящимися под контролем Советов. Сталин говорил, что принятие теории и тактики ленинизма в изложении большевистской партии обязательно для всех пролетарских партий всех стран. Настоящим интернационалистом является тот, кто безоговорочно поддерживает позицию Советского Союза, а настоящий патриотизм в сателлитах - это любовь к Советскому Союзу. "Мирная политика" Советского Союза, определенная на съезде партии в качестве "более продвинутой формы борьбы с капитализмом", является средством разделения и сковывания не коммунистического мира. А состояние мира, согласно плану Советского Союза, может быть достигнуто только при полном принятии всеми политики Москвы.
Противопоставление рабства и свободы объясняет появление железного занавеса, изоляции и автократии общества, конечной целью которого является абсолютная власть. Существование идеи свободы всегда являлось угрозой основам рабского общества, которое считает недопустимым существование свободы в мире. Новым штрихом этого продолжительного противостояния является поляризация сил, которая неизбежно ведет к противостоянию рабского и свободного общества.
В настоящее время свободные институты во всем мире подвергаются нападкам. В контексте нынешней поляризации власти падение свободных институтов в одном месте расшатывает их основу везде. Крах Чехословакии не имеет материальной значимости, так как ее материальные ресурсы уже давно были подчинены СССР. Значимость краха Чехословакии для нас заключается в крахе свободных институтов этой страны, а не в нанесенном нам материальном ущербе.
Не желая того, наше свободное общество оказывается перед неумолимым вызовом, бросаемым советской системой. Никакая другая система ценностей так не противоречит нашей, не является столь непоколебимой в своей цели уничтожить нас и не готова использовать для достижения своих целей наиболее опасные тенденции и процессы, происходящие в нашем обществе. Никакая другая система не пытается столь искусно и властно пробудить иррационализм, скрытый в человеческом существе, и никакая другая система не имеет поддержки столь сильного и крепнущего центра военной власти.


Б. Цели

Цели свободного общества определяются его основными ценностями, а также необходимостью поддержания материальной среды, в которой они процветают. Следовательно, вызов Кремля брошен не только ценностям, преобладающим в США, но и физической способности США защищать среду, в которой эти ценности существуют. Этот вызов подразумевает и состояние мира, и состояние войны, поэтому цели, которые мы ставим перед собой в мирное и в военное время, должны учитывать это.
1. Мы должны наращивать свой потенциал, утверждая наши ценности в жизни, а также развивать нашу военную и экономическую мощь.
2. Мы должны построить успешно функционирующую политическую и экономическую системы в свободном мире. Лишь с помощью подтверждения на практике, как за рубежом, так и дома, наших основных ценностей мы сможем сохранить свою собственную целостность, что будет означать крах основного плана Кремля.
3. Помимо утверждения наших ценностей, наша политика и действия должны быть направлены на то, чтобы вызвать коренные изменения в характере советской системы, срыв планов Кремля - это первый и важнейший шаг к этим изменениям. Совершенно очевидно, что это обойдется дешевле и будет более эффективно, если изменения явятся результатом действия внутренних сил советского общества.
В тесном мире, который стоит сейчас перед угрозой ядерной войны, простого отслеживания планов Кремля уже недостаточно, так как отсутствие порядка в международных отношениях приобретает форму, с которой уже нельзя не считаться. Этот факт накладывает на нас, что к тому же в наших же собственных интересах, обязательства мирового лидерства. А это требует от нас усилий, подразумевающих соответствующие риски, в интересах восстановления порядка и справедливости средствами, согласующимися с принципами свободы и демократии. Мы должны свести наши претензии к Советскому Союзу к требованиям взаимодействовать с другими государствами, основываясь на принципах равенства и уважения прав других. При этом мы совместно со своими союзниками и ранее угнетенными народами должны стремиться к построению мирового общества, основанного на принципе согласия. Структура такого общества должна быть гибкой, так как оно будет состоять из многих национальных сообществ, возможности которых будут разными, а следовательно, они будут обладать и разным военным потенциалом. Семя конфликта неизбежно будет оставаться в земле и давать новые ростки. Признать это означает лишь признать невозможность достижения конечного решения. Не признавать это - чрезвычайно опасно в мире, где отсутствуют конечные решения.
Все эти цели, к реализации которых стремится свободное общество, имеют одинаковое значение как в мирное время, так и в условиях войны. Однако каждый аргумент в пользу приверженности нашим основным ценностям или требованиям нашей национальной безопасности диктует необходимость в стратегии холодной войны. Лишь развивая моральную и материальную силу свободного мира, мы сможем заставить советский режим убедиться в несостоятельности его курса и возможности существования предпосылок для заключения выполнимых соглашений. Демонстрируя на практике жизнестойкость своей системы, свободный мир расширяет поле для возможных соглашений и таким образом может надеяться на постепенное при знание Советским Союзом реалий, которое в итоге приведет к краху советского замысла. Также возможно создание ситуации, которая побудит Советский Союз сознательно или же бессознательно отказаться от своего плана в интересах сосуществования с несоветским миром на условиях терпимости. Такое развитие событий стало бы триумфом идеи свободы и демократии. Это должно стать немедленной целью политики США.
В случае войны у нас нет причин изменять стоящие перед нами общие цели. Они не включают в себя безоговорочную капитуляцию, подчинение советского народа или лишение России ее экономического потенциала. Такая линия неизбежно сплотит народы России вокруг режима, их поработившего. Скорее, эти цели предполагают принятие СССР некоторых особых условий, при которых смогут процветать свободные институты и при которых народы России будут иметь возможность определять свою собственную судьбу. И если мы сможем превратить русский народ в своих союзников, мы облегчим нашу задачу и сделаем победу более верной.
Эти цели сформулированы в документе NSC 20/4 (от 23 ноября 1948 г.) и приведены в главе Х. Они полностью соответствуют целям, обозначенным в данном документе, и сохраняют свою актуальность. Растущая интенсивность конфликта, навязанного нам, тем не менее подразумевает перестановку акцентов в стратегии и внесение в нее очевидных дополнений. Усиление борьбы в сочетании с тем, что Советский Союз предположительно обладает атомной бомбой и имеет возможности для разработки термоядерного оружия, не дает нам повода полагать, что ослабление кризиса произойдет раньше, чем перемены в сути советской системы.


В. Средство

Свободное общество ограничено в выборе средств достижения своих целей.
Принуждение отрицает свободу, за исключением случаев, когда оно используется для утверждения общих для всех прав. Следовательно, использование силы, применяется ли она в рамках системы либо вне ее, является последним средством для свободного общества. Поступать подобным образом позволительно лишь в том случае, если индивид или группа индивидов внутри общества угрожают основным правам других членов общества либо когда другое общество пытается навязать свою волю. Свободное общество холит и защищает права меньшинства от воли большинства, так как они являются неотъемлемыми правами каждого.
Использование силы, принуждение, навязывание воли - это сложный и опасный для свободного общества путь, выбор которого оправдан лишь в случае появления еще больших опасностей. Необходимость выбора этого пути должна быть очевидна, и он должен рассматриваться большинством как неизбежное исключение из правила свободы; в противном случае под угрозой окажется регенеративная способность свободных людей.
Кремль может выбирать средства, необходимые ему для реализации основного плана. Он имеет возможность использовать наиболее действенные методы, ведя борьбу там, где он сочтет ее выгодной, и используя преимущества псевдомира там, где он не готов к состязанию. На идеологическом и психологическом уровнях в борьбе за умы людей конфликт принимает мировые масштабы. На политическом и экономическом уровнях, внутри государств и на международной арене борьба за влияние также усиливается. Однако на военном уровне Кремль до сих пор был весьма осмотрителен, боясь совершить ошибку, которая нарушит мир, хотя он и использует свои вооруженные силы для запугивания своих соседей, а также в качестве подспорья при ведении внешней политики. Кроме того, при благоприятном стечении обстоятельств агенты Кремля, не колеблясь, прибегают к оружию.
У нас нет такой свободы выбора, особенно когда речь идет о возможности использования силы. Объявление войны - последнее средство для свободного общества, и к тому же с ее помощью нельзя разрешить "конфликт идей", который является основой противостояния. Идея рабства может быть побеждена лишь с помощью своевременной и постоянной демонстрации превосходства идеи свободы. Одна лишь военная победа сможет оказать только частичный и, вероятно, временный эффект. Даже несмотря на то что угроза нашей безопасности, исходящая от Кремля, может быть временно ликвидирована, возрождение тоталитарных сил и восстановление советской системы либо ее эквивалента не заставят себя ждать. Избежать этого можно, лишь добившись победы в основном идеологическом конфликте.
Практический анализ, таким образом, подталкивает нас к выводу о том, что мы должны демонстрировать превосходство идеи свободы, находя ей практическое применение, а также пытаться изменить ситуацию в мире путем, исключающим войну. Мы должны стремиться разрушить планы Кремля и ускорить распад советской системы.
В нашем свободном обществе вооруженным силам отводится роль защиты национальных интересов в случае атак против них, пока мы пытаемся создать среду, в которой наше свободное общество может процветать, а также в случае необходимости защиты целостности и жизнестойкости нашего государства и победы над агрессором. Кремль использует советскую военную мощь как средство поддержки и осуществления своих планов. В Кремле не колеблются, когда встает вопрос использования военной силы, если этого требуют их планы. Как видно, разница между нашей целью и кремлевским планом заложена в подходах к использованию военной силы.
В случае возникновения угрозы ценностям, лежащим в основе нашего общества, мы, естественно, будем предпринимать действия, необходимые для защиты этих ценностей, в том числе и военную силу. Целостность нашей системы не будет подвержена опасности из-за тайных или явных, насильственных или ненасильственных действий, нацеленных на ликвидацию плана Кремля. Кроме того, нет необходимости доказывать правильность наших действий при условии, что подобные действия просчитаны, имеют лишь адресную направленность и не чрезмерны, в противном случае мы можем превратиться во врагов народа, а не зла, которое его поработило.
Однако какой будет роль наших вооруженных сил в случае начала войны? Если мы не будем использовать их так, чтобы показать русскому народу, что наши усилия направлены на свержение враждебного по своей сути режима, а не против интересов самого народа, мы лишь сплотим режим и народ. Тогда они будут сражаться до конца, что не решит основных проблем, создаст новые, а также очернит и скомпрометирует наши основные принципы. Если, применяя силу, мы не будем демонстрировать суть наших намерений, мы поставим под угрозу достижение нашей основной цели. По мнению журнала "Федералист", "применяемые средства должны пропорционально соответствовать масштабу зла". Подобным злом может быть мировая война или же локальная советская кампания. В любом случае нам не следует брать в руки инициативу, если мы можем этого избежать, так как в противном случае это приведет к началу войны на уничтожение. Более того, если мы будем располагать силами, способными обеспечить провал локальной кампании Советов, в наших же интересах будет поступить именно так и не допустить перерастания конфликта в мировую войну. В случае применения силы мы должны вынудить противника принять условия, согласующиеся с нашими целями и возможностями, а масштабы применения силы должны соответствовать нашим потенциальным задачам (однако они не должны превышать тех, которые мы в состоянии выдержать в течение длительного времени).



V. НАМЕРЕНИЯ И ВОЗМОЖНОСТИ СССР


А. Политические и психологические

Кремлевские планы мирового господства зарождались в его же стенах. Деспот всегда в первую очередь озабочен прочностью своего положения и своей власти в государстве, где он правит. Факт существования железного занавеса, изолирующего советских людей от остального мира, постоянные политические зачистки внутри СССР, увеличение преступлений, совершаемых МВД, - все это указывает на то, что хозяева Кремля не ощущают себя в безопасности даже у себя в стране, а также на то, что "совокупная сила принуждения социалистического государства" сейчас, как никогда ранее, пытается насадить свое абсолютное влияние в "экономике, образе жизни и сознании людей" (А. Я. Вышинский. "Право советского государства", стр. 74). Подобные меры, принимаемые в государствах-сателлитах, свидетельствуют о том, что на колонизированных территориях Кремль проводит такую же политику, возможно, лишь менее активно.
Представляя собой тоталитарную диктатуру, Кремль ставит задачей своей политики полное подчинение народов, находящихся сейчас под его влиянием. Прототип общества, на построение которого рассчитана политика Кремля, - это концентрационный лагерь. В таком обществе личность человека сломлена и извращена и уже сама активно способствует процессу собственной деградации.
Политика Кремля в отношении неподконтрольных ему территорий нацелена на устранение сопротивления его воле и на насаждение на этих территориях его власти. Кремль руководствуется подобной стратегией из-за того, что он по причинам, изложенным в главе IV, не может мириться с существованием свободных обществ. Даже самое спокойное и неагрессивное свободное общество бросает Кремлю вызов, так как только лишь фактом своего существования оно уже задевает достоинство Кремля и оказывает на него давление, способное пошатнуть его положение. Опираясь на знания о сущности Кремля и на данные, которыми мы располагаем, можно сделать вывод о том, что цели подобной политики аналогичны целям политики, осуществляемой Кремлем на подконтрольных территориях.
Средства, используемые Кремлем для реализации своей политики, ограничиваются лишь соображениями выгодности. Доктрина не является лимитирующим фактором; напротив, она, скорее, диктует необходимость насилия, диверсий и обмана и отвергает соображения морали. Убежденность Кремля в собственной непогрешимости сделала его приверженность теории относительной; прошлые или нынешние положения доктрины более не являются ориентиром для его действий, а от развязывания войны Кремль удерживают лишь соображения практичности.
Стратегическая и тактическая линии Кремля в отношении США рассчитываются из того, что мы являемся для Кремля основной преградой на пути к мировому господству. Мы также являемся и единственной державой, способной мобилизовать силы в свободном и даже советском мире, способные уничтожить Кремль. В результате кремлевский курс по отношению к нам формируется из крайне опасного смешения страха и ненависти. Поэтому стратегия Кремля - это попытка ослабить силу, на которой основано наше могущество, как в нашей стране, так и в остальном свободном мире. Здесь Кремль твердо следует своей доктрине, пытаясь максимизировать результат при минимальных рисках и предпринимаемых при этом усилиях. Нынешнее применение этой стратегии является новой формой выражения традиционной русской осторожности. Вместе с тем советская теория и практика не дают оснований полагать, что если Кремль будет убежден в своей способности разгромить нас одним массированным ударом, то он не прибегнет к этому решению.
Оценивая потенциал советского мира, следует прежде всего учесть, что в отличие от США он реализуется максимально. Советская система способна производить больше при меньших затратах по сравнению с нашей. Это связано с тем, что уровень жизни в соцстранах ниже, функционирование экономики обеспечивается меньшими затратами, а военная машина способна эффективно действовать при меньшем техническом обеспечении и меньшем уровне организации.
Возможности советской системы реализуются в полном объеме, так как кремлевская система является крайне воинственной. Высокий уровень милитаризма объясняется тем, что Советский Союз контролирует революционное мировое движение и одержим им. Кроме того, СССР является наследником российского империализма и представляет собой тоталитарную диктатуру. Сущность воинственности Кремля составляет постоянный кризис, конфликт и экспансионизм. Все это способствует укреплению советской мощи.
Сила Кремля опирается на поддержку огромных организаций - Коммунистической партии и секретных служб. В рамках партии действует организация, призванная обеспечить идеологическую однообразность собственного народа на собственной территории, а за ее пределами действовать с помощью пропаганды, диверсии и шпионажа. В структуре правоохранительного аппарата также предусмотрен внутренний репрессивный механизм, гарантирующий безопасность кремлевского режима. Результат деятельности этих двух организаций, проводящих как открытую, так и тайную работу публично или через отдельных агентов, не имеет аналогов в истории. В совокупности партия, секретные службы и мощь советской военной машины создают общее впечатление несокрушимости советской власти среди огромного количества людей свободного мира.
Идеологические претензии Кремля являются еще одним источником его силы. Отождествление советской системы с коммунизмом, мирные кампании и борьба за интересы колонизированных народов воспринимаются народами, уже попавшими под влияние советской системы, с апатией, если не с цинизмом, однако эти идеи могут находить понимание и поддержку среди уязвимых слоев свободного общества. Наиболее благодатной почвой для этих идей оказалась Азия. Особое впечатление произвела преподнесенная им история гигантского прогресса СССР от отсталого общества до позиций великой мировой державы. Таким образом, претендуя на статус (а) источника новой мировой идеологии и (б) развитого общества, Кремль цинично отождествляет себя с надеждами большого количества людей по всему миру, а также делает из себя их защитника со всеми вытекающими из этого выгодами.
Кроме того, следует также учитывать ряд возможностей, которые, строго говоря, не являются институциональными или идеологическими. Необычная гибкость советской тактики, безусловно, также является источником силы Кремля. А источником этой гибкости в свою очередь является крайняя аморальность и меркантильность советского политического курса. Добавляя к подобной гибкости конспиративность, Кремль получает возможность действовать скрыто и быстро, не сужая при этом тактического пространства.
Ахиллесова пята Кремля - схема его отношений с советским народом.
Неотъемлемыми чертами этих отношений являются подозрительность, страх и обвинения. В этих отношениях Кремль использует сложный механизм принуждения, причем причиной, по которой Кремль его применяет, является не только его желание обрести власть, но и просто выжить. Монолитность советского общества сохраняется не из-за его внутренней сплоченности, а благодаря железному занавесу вокруг и железным решеткам внутри. Ранее не было случаев, чтобы какая-либо внешняя сила бросала вызов этим искусственным механизмам поддержания единства. Следовательно, степень их уязвимости пока неизвестна.
Кроме того, слабым местом политики Кремля являются также его отношения с государствами-сателлитами и их населением. Национализм по-прежнему остается самой мощной эмоционально-политической силой. Известные изъяны колониализма дополняются еще и тем, что Кремль требует от своих сателлитов не только при знания имперской власти Москвы, но также веры в идеологическое превосходство и непогрешимость Кремля. Исполнение подобных требований возможно только при чрезвычайно высокой степени подчиненности. В результате при первой же возможности получить независимость, как это было в случае Тито, государство-сателлит, скорее всего, попытается отделиться от Кремля.
Советские идеи и методы их реализации противоречат лучшим и, возможно, самым сильным инстинктам человека и отвергают их самые главные устремления. Однако противостояние противнику, способному эффективно защищать конструктивные и многообещающие инстинкты людей и реализовывать их главные устремления, скорее всего, оказалось бы для советской системы фатальным.
Еще одной проблемой для Кремля является преемник Сталина. В системе, где верховную власть получают и удерживают с помощью насилия и запугивания, переход власти из одних рук в другие может вызвать нестабильность.
Можно сказать, что Кремль в прямом смысле является заложником выбранного курса, так как этот курс может превратиться в еще одно слабое место в случае, если его не удастся реализовать или если в будущем его реализация столкнется с трудностями в лице сил, способных оказать серьезное ответное давление. Вместе с тем Кремль не в состоянии разрядить кризис и снизить степень своей мобилизации - в этом случае он лишится присущего ему динамизма развития, что приведет к началу процесса распада советской системы изнутри.
Кремль, безусловно, осведомлен о своих слабых местах. Он, вероятно, знает, что они имеют второстепенное значение в нынешней ситуации, сложившейся в мире. Пока инициатива остается в руках Кремля, пока он продолжает наступать, не встречая должного отпора со стороны явно превосходящей его в моральном и материальном отношении силы, воспользоваться его слабыми местами не представляется возможным, кроме того, их еще и скрывают успехи Кремля. Проржавевшая изнутри система до сих пор не давала Кремлю поводов для паники и изменения курса своей политики.

Б. Экономические

Все экономические стремления СССР диктуются их общим политическим курсом. Развитие экономики советского мира не является конечной целью Кремля; экономическая политика ограничивается использованием экономических процессов для обеспечения общей мощи, в частности для повышения военно-промышленного потенциала советской системы. Материальное благополучие общества в тоталитарном государстве серьезно зависит от интересов системы.
Что касается экономического потенциала, то, даже принимая во внимание оптимистические советские данные, экономическая мощь СССР составляет примерно четверть от показателей США. Это находит отражение не только в объеме валового национального продукта (по сост. на 1949 год: СССР - 65 млрд долларов, США - 250 млрд долларов), но и в производстве основных продуктов в 1949 году:
Можно предположить, что СССР и в дальнейшем будет придерживаться своей политики. В то время как США, вероятно, оставят за собой существенное преимущество, Советский Союз будет неуклонно сокращать отставание от американской экономики, продолжая уделять большее, чем США, внимание капиталовложениям.
Однако целенаправленные шаги со стороны США могут изменить эту тенденцию. В настоящее время СССР практически исчерпал свою производственную базу. Что бы ни предпринимала Москва, ее усилия могут лишь не значительно изменить темпы роста общего производства. США, с другой стороны, имеют возможность осуществить резкий рывок вперед. Тем не менее следует признать, что, в то время как Советский Союз практически полностью мобилизован, США лишь начинают концентрировать свои силы и превосходящие возможности США не могут быть использованы в этой борьбе. Кроме того, по крайней мере в мирное время тоталитарный режим в состоянии сконцентрировать свои усилия на конкретном проекте намного более эффективно, нежели демократическое государство, примером чему может служить овладение СССР атомной бомбой.
В других областях - конкурентоспособных общих технологиях, квалифицированных рабочих ресурсах, удельной производительности труда и т. д. - разрыв между показателями СССР и США в целом соответствует разрыву в сфере производства. Однако в области научных исследований преимущество США не совсем ясно, особенно учитывая тот факт, что Кремль может использовать в своих интересах труд талантливых европейских ученых.

В. Военные

Советский Союз наращивает свою военную мощь с тем, чтобы обеспечить реализацию плана мирового господства. СССР обладает вооруженными силами, значительно превосходящими те, которые ему в действительности необходимы для защиты своей территории. Возможно, в настоящее время в Кремле не считают, что этих сил достаточно для начала войны, в которую будут вовлечены Соединенные Штаты. В мирное время эта избыточная военная сила в сочетании с ядерным оружием является мощным средством принуждения, которое позволяет Советскому Союзу реализовывать свои планы и выступает в качестве сдерживающего фактора, который не позволяет объектам агрессии СССР пытаться применять силу.
По оценкам Объединенного комитета начальников штабов, в случае начала крупномасштабной войны в 1950 году Советский Союз и его сателлиты будут в состоянии достаточно высокой степени готовности, чтобы немедленно начать и осуществить следующие кампании:
а. Захватить Западную Европу, возможно за исключением Пиренейского и Скандинавского полуостровов; продвинуться к богатым нефтью районам Ближнего Востока, а также закрепить коммунистические завоевания на Дальнем Востоке.
б. Начать военно-воздушные операции на Британских островах и нанести удары с воздуха и моря по коммуникациям западных держав в Атлантическом и Тихом океанах.
в. Атаковать с использованием атомного оружия избранные цели, включая вероятные атаки по целям на Аляске, в Канаде и Соединенных Штатах. Кроме того, данная возможность в совокупности с другими возможностями Советского Союза может не позволить нам использовать Великобританию в качестве плацдарма для про ведения военных операций вооруженными силами западных стран. Это также сделает невозможными союзнические операции по высадке морского десанта (типа "Нормандия"), направленные на возвращение европейского континента.
После того как Советский Союз завершит начальную стадию кампании и укрепит свои позиции в западноевропейском регионе, он будет в состоянии одновременно провести:
а. Полномасштабные военно-воздушные и ограниченные военно-морские операции против Британских островов.
б. Вторжение на Пиренейский и Скандинавский полуострова. Дальнейшие операции на Ближнем Востоке, продолжительные военно-воздушные операции против североамериканского континента, а также военно-воздушные и военно-морские операции против коммуникаций в Атлантическом и Тихом океанах.
г. Отвлекающие операции в других регионах.
В ходе наступательных операций, перечисленных во втором и третьем параграфах, Советский Союз будет обладать возможностью обеспечить противовоздушную оборону ключевых районов своей территории и территории сателлитов, хотя это и не сможет предотвратить военновоздушные операции союзников в этих районах.
Неизвестно, обладает ли Советский Союз военными резервами и запасами оружия, достаточными для обеспечения армий своих сателлитов или даже своих собственных сил в случае затяжной войны. Кроме того, с учетом возможного перехода сателлитов СССР на нашу сторону полное обеспечение их армий может и не входить в планы Советского Союза.
На данный момент невозможно дать точную оценку ущерба, нанесенного Советскому Союзу вследствие вступления в силу Закона об экономическом сотрудничестве (от 1948 года) с поправками, а также Закона о взаимной помощи в обороне (от 1949 года). По мере более широкого применения положений данных законов следует ожидать улучшения ситуации с внутренней безопасностью в странах-реципиентах. Кроме того, сильные военные позиции Соединенных Штатов в совокупности с наращиванием военного потенциала государствами Западной Европы должны укрепить решимость стран-реципиентов противостоять советским действиям, а в случае войны могут рассматриваться в качестве силы, способной замедлить продвижение советских войск по Западной Европе. Однако, хотя поддержка Соединенных Штатов укрепит решимость этих стран, наращивание вооружения по существующим программам помощи не будет иметь каких-либо значимых последствий вплоть до 1952 года. Если военная мощь западноевропейских стран не будет наращиваться более быстрыми темпами, нежели предусмотрено существующими программами, эти государства, вероятнее всего, не смогут сколько-нибудь эффективно противостоять СССР в войне даже к 1960 году. С учетом военного потенциала Советского Союза долгосрочная военная политика союзников в Западной Европе должна предусматривать наращивание военной мощи в данном регионе. Союзники должны обладать силами, способными удержать Советский Союз от развязывания крупномасштабной войны либо как минимум оттянуть захват Западной Европы и по возможности создать на континенте плацдарм для противостояния наступательным операциям Советов.
Мы точно не знаем, каков атомный потенциал СССР, однако согласно оценкам Центрального разведывательного управления, которые совпадают с данными Государственного департамента, армейских, военно-морских, военно-воздушных ведомств, а также с данными Комиссии по атомной энергии, Советский Союз располагает производственными мощностями, которые позволяют ему иметь запасы ядерного оружия в следующих пределах:
к середине 1950 года - 10 - 20;
1951 года - 25 - 45;
1952 года - 45 - 90;
1953 года -70 - 135;
1954 года - 200.
Стоит отметить, что данные оценки основаны на неполном исследовании деятельности Советов в данном направлении; в расчет принимались лишь известные или предполагаемые производственные мощности советских заводов. Если в СССР существуют другие заводы (чего нельзя исключать), то приведенные выше оценки могут сформировать у нас чувство превосходства, строящееся на количестве атомных запасов, которое в реальности может оказаться опасным заблуждением и не позволить нам просчитать время начала возможного советского наступления. С другой стороны, если Советский Союз испытывает сложности оперативного плана, то эта оценка является завышенной. Однако стоит отметить, что некоторые данные указывают на то, что Советский Союз получил некоторые материалы, необходимые для разработки термоядерного оружия.
Авиационная техника, имеющаяся в распоряжении СССР, пригодна для доставки атомной бомбы. Данные нашей разведки указывают на то, что Советский Союз имеет необходимое количество атомных бомбардировщиков для доставки уже имеющихся атомных бомб. В настоящее время мы не располагаем данными по советским показателям точности доставки в цель. Считается, что СССР не в состоянии обеспечить точность доставки своих бомб в цель, сравнимую с нашей, однако согласно приблизительным расчетам точность их бомбометания составляет 40 - 60 процентов от количества сброшенных бомб. Таким образом, можно рассчитать, что время, к которому Советы будут располагать запасом в 200 атомных бомб, окажется критическим для Соединенных Штатов, так как попадание 100 атомных бомб по целям в Соединенных Штатах нанесет ощутимый урон нашей стране.
На данный момент Советский Союз располагает значительным запасом атомного оружия. Если предположить, что он нанесет сильный неожиданный удар и при этом его ядерная атака не будет встречена более эффективной обороной, чем та, создание которой планируется США и их союзниками, то последствия такого нападения могут включать:
а. Опустошение Британских островов, что лишит западные державы возможности использовать их в качестве базы.
б. Разрушение жизненно важных центров и коммуникаций на территории Западной Европы, что затруднит эффективную оборону западных держав.
в. Нанесение разрушительных ударов по жизненно важным центрам Соединенных Штатов и Канады.
Обладание Советским Союзом термоядерным оружием вдобавок к уже имеющемуся значительному запасу атомного оружия приведет к несравненно большему ущербу.
В этом десятилетии оборонный потенциал Советского Союза, вероятно, будет усиливаться, в частности за счет разработки и использования средств современной авиации, противовоздушной обороны и коммуникаций, а также управляемых зенитных ракет.



VI. РЕАЛЬНЫЕ И ПОТЕНЦИАЛЬНЫЕ НАМЕРЕНИЯ И ВОЗМОЖНОСТИ США


А. Политические и психологические

Наш нынешний политический курс направлен на формирование международного окружения, в котором американская система в состоянии выжить и процветать. Следовательно, он отвергает концепцию изоляции и подчеркивает необходимость нашего активного участия в жизни международного сообщества.
Этот основной курс состоит из двух стратегических линий.
К осуществлению одной из них мы бы стремились даже в случае отсутствия советской угрозы. Речь идет о наших усилиях по формированию процветающего международного сообщества. Вторая составляющая - политика, направленная на "сдерживание" советской системы. Обе линии тесно связаны друг с другом и влияют друг на друга. Тем не менее между ними проходит четкая граница, наличие которой способствует лучшему пониманию наших целей.
Формирование процветающего международного сообщества является долгосрочным проектом. Именно эта линия нашла свое отражение в нашей решительной поддержке Организации Объединенных Наций. Она, безусловно, является главным посылом для наших усилий по созданию, а теперь и по развитию межамериканской системы взаимоотношений. Она, равно как и политика сдерживания, является теоретической базой наших усилий по восстановлению Западной Европы. Кроме того, этот курс объясняет значительную часть нашей международной экономической деятельности.
В поляризованном мире стратегии развития процветающего международного сообщества необходимы в первую очередь для укрепления наших собственных позиций.
Что касается политики сдерживания, то под ней мы подразумеваем меры, направленные на то, чтобы (1) не допустить дальнейшей экспансии советской власти, (2) разоблачить реальные намерения СССР, (3) вынудить Кремль отказаться от попыток установления повсеместного контроля и (4) способствовать разрушению советской системы изнутри, чтобы Кремль по крайней мере изменил свое поведение на соответствующее общепринятым международным стандартам. Здесь стоит подчеркнуть, что, пытаясь осуществить вышеизложенное, мы можем действовать на грани войны, но мы не должны стремиться ее развязать.
Стержнем данной политики был и остается курс на обеспечение превосходства в мощи нашей страны в отдельности либо находящейся в зависимости от нас группы государств-единомышленников.
Одним из самых важных аспектов власти является военная сила. Концепция сдерживания выделяет две причины, по которым необходимо обеспечивать наличие сильных вооруженных сил: (1) максимальная гарантия нашей национальной безопасности и (2) собственно само осуществление политики сдерживания. Без превосходства в военной силе, которая может быть быстро мобилизована, политика сдерживания, которая по своему существу является политикой рассчитанного и постепенного обуздания - не более чем политика пустых угроз.
В то же время для успешного проведения политики сдерживания крайне важно всегда оставлять возможность переговоров с Советским Союзом. Замораживание дипломатических отношений - то, с чем мы сейчас столкнулись, - чревато провалом основных задач "сдерживания", так как обострение ситуации не способствует корректировке Кремлем выбранного курса и, следовательно, не приводит к смягчению им своей политики. Это также сковывает наши возможности и лишает нас морального преимущества в борьбе с советской системой.
При осуществлении политики сдерживания следует стараться не оказывать на СССР давление способами, которые бросают ему открытый вызов. Кроме того, следует оставить Кремлю пути отступления, использование которых не нанесет существенного урона престижу этой страны. Наша стратегия должна обеспечивать нам выгодные политические позиции на случай, если Кремль не уступит и не воспользуется оставленными ему путями к отступлению.
Однако нам не удалось должным образом реализовать вышеуказанные принципы политики сдерживания. Наша военная мощь уменьшалась пропорционально росту советской. Частично из-за этого, частично ввиду других причин наши дипломатические отношения с СССР зашли в тупик; поведение Кремля становится более дерзким, а настроения в руководстве обеих стран - более мрачными. Все это заставляет нас делать сложный выбор.
Анализируя собственный потенциал, следует прежде всего задаться вопросом - каково его конечное назначение? Отвечая на этот вопрос, нельзя отталкиваться исключительно от необходимости противостояния кремлевскому плану, так как наш потенциал должен также помочь нам достичь главной цели и способствовать созданию международной обстановки, в которой наше свободное общество могло бы существовать и процветать.
В принципе мы располагаем подобным потенциалом. Известно, что он имеется в экономическом, военном, политическом, а также психологическом плане. Большая часть американского народа уверена в том, что система ценностей, лежащая в основе нашего общества, - принципы свободы, терпимости, ценности личности, а также верховенство разума над волей - верна и более жизнестойка, нежели идеология, обеспечивающая развитие советской системы. Это означает, что наша система ценностей способна привлечь внимание миллионов людей, пытающихся найти убежище от тревог, тягот и незащищенности в авторитаризме.
Наша демократическая система также способна сплачивать.
Сплоченность нашего общества по сравнению с советским на порядок выше, так как единство советского общества искусственно поддерживается с помощью применения силы и запугивания. Единодушие нашего общества имеет под собой прочную основу, что в свою очередь означает, что по сравнению с СССР вероятность революции в CША ничтожно мала.
Наши возможности являются серьезной опорой для нашей внешней политики. Подтверждая приверженность нашей системе ценностей на практике, мы сможем показать силу этой системы внешнему миру. При сущая нашему мировоззрению толерантность, наши благородные и конструктивные побуждения, отсутствие алчных интересов во внешней политике являются залогом того, что мировое сообщество будет прислушиваться именно к нам.
Это и есть наш потенциал. Вместе с тем между ним и возможностями, реализуемыми в настоящее время, лежит огромная пропасть, чего, например, нельзя сказать о советском мире. Его возможности по сравнению с нашими или с возможностями наших союзников ограниченны, однако полностью реализованы.
Единственным приемлемым способом мобилизации сил, скрытых в американском народе, является традиционный демократический процесс. Он подразумевает в первую очередь открытый доступ общественности к исчерпывающей политической, экономической и военной информации, что будет способствовать формированию объективного общественного мнения. Поняв суть проблем, стоящих перед CШA, американский народ и американское правительство смогут прийти к консенсусу. Это позволит определить волю нации и ее выражение. Инициатива же в этом процессе должна принадлежать правительству.
Демократический путь труднее авторитарного. Он старается защитить человека и позволить ему наиболее полным образом реализовать себя. Этот путь требует от него понимания, рассудительности и постоянного участия во все более и более сложных и обременительных проблемах современного мира. Человек должен четко понимать, когда в поисках правды следует положиться на веру. Он должен уметь определять, когда необходимо проявлять терпимость, а когда - оправдывать оказание давления.
Уязвимостью свободного общества является склонность людей скатываться до излишеств. Свобода мыслить жаждет доказательств того, что злой умысел может стать благородной целью; чрезмерная вера перерастает в предрассудки; избыточная терпимость превращается в снисходительность к сговору ... кроме того, подчас на что-то оказывается излишнее давление, в то время как умеренные меры не только более уместны, но и более эффективны.
Еще одним слабым местом демократического режима, вынужденного иметь дело с диктаторским, являются открытость и умеренность темпов, тогда как авторитарные государства пытаются реализовывать свои цели скрытно и быстро. Не заметить подобные слабости сложно, поэтому они незамедлительно становятся объектами злоупотреблений. Таким образом, перед лицом тоталитарного вызова наше правительство не имеет права лишь частично использовать имеющуюся силу. Демократия может компенсировать наличие слабых сторон только в том случае, если она будет располагать явно превосходящей мощью в наиболее широком смысле этого слова.
Однако основные добродетели нашей системы подчас ограничивают нас в наших отношениях с союзниками. С одной стороны, то, что наши отношения с союзниками строятся на принципах убеждения и достижения согласия, а не на принципах принуждения и подчинения, является очевидным плюсом. Вместе с тем так же очевидно то, что уязвимым местом могут стать разногласия между нами и союзниками. Порой основная причина разногласий лежит вне нашей сферы влияния, и мы бессильны что-либо сделать. Иногда они возникают из-за наших внутренних слабостей - импульсивности и стремления ожидать слишком многого от народов, сильно отличающихся от нас. В таком случае мы в состоянии исправить положение.
Потенциал, которым располагает остальной свободный мир, можно в принципе считать подкреплением наших собствен­ных сил. Можно даже сказать, что потенциал советского мира, а именно народные массы, которым, кроме советских оков, терять больше нечего, является силой, которую в принципе можно привлечь на нашу сторону.
Подобно нашим, возможности других стран свободного мира на порядок выше тех, которыми обладает советская система. Однако, так же, как и наши, они не полностью мобилизованы и не используются с полной эффективностью в борьбе против планов Кремля. Причина - отсутствие сплоченности, уверенности и наличия общей цели. Это относится даже к наиболее гомогенному и продвинутому сегменту свободного мира - Западной Европе.
Если мы будем демонстрировать волю, последовательность действий и резонность нашего политического курса, то подобные тенденции появятся и в Западной Европе. Далее мы сможем рассчитывать на общее улучшение политической обстановки в Латинской Америке, Азии и Африке, а также на начало процесса пробуждения в советском мире.
Резюмируя, стоит отметить, что возможности союзников можно в значительной мере рассматривать как часть нашего собственного потенциала, так как решение мобилизовать наш потенциал будет способствовать раскрытию потенциала наших союзников и добавит его к нашему.

Б. Экономические

1. Возможности. По сравнению с экономикой советского мира, направленной на повышение военной мощи, американская экономическая система (и экономика свободного мира в целом) работают в интересах повышения жизненного уровня граждан. Военный бюджет Соединенных Штатов составляет 6 - 7 процентов от объема валового национального продукта (для сравнения: в Советском Союзе этот показатель составляет 13,8 процента). Военные расходы наших союзников по Североатлантическому альянсу в 1949 году составили 4,8 процента от показателя их национального продукта.
Столь разная направленность экономических курсов говорит о том, что свободный мир в меньшей степени, чем Советский Союз, готов к обеспечению своих военных нужд. Объем прямых инвестиций в производственные мощности ВПК и сопряженных областей является незначительным. Количество граждан, проходящих военное обучение, весьма ограниченно, кроме того, довольно низки и показатели производства вооружения. Вместе с тем при наличии времени для перевода экономики на военные рельсы экономический потенциал Соединенных Штатов и Западной Европы может быть сильно увеличен. Учитывая военные возможности СССР, в случае войны вопросом первостепенной важности станет вопрос времени: будет ли его достаточно для мобилизации наших человеческих и материальных ресурсов? (см. главы VIII и IX).
Способность американской экономики наращивать внутреннюю экономическую и военную мощь, а также содействовать подобному наращиванию за рубежом ограничивается не столько производственными возможностями, как в случае Советского Союза, сколько проблемой надлежащего распределения ресурсов. Даже Западная Европа могла бы позволить себе направлять больше своих ресурсов на оборонные цели, если бы были заложены основы общественного понимания и общественной воли. Неотъемлемым условием также является содействие в исправлении долларового дефицита.
Внести ясность в ситуацию помогут данные статистики.
В настоящее время Советский Союз выделяет почти 40 процентов от общего объема доступных ресурсов на военные цели и инвестирование, большая часть которого идет в военно-промышленный комплекс. Согласно имеющимся оценкам, в чрезвычайной ситуации Советский Союз уже не смог бы поднять эту планку значительно выше 50 процентов, т. е. лишь на одну четверть. Соединенные Штаты в свою очередь выделяют лишь около 20 процентов от своих ресурсов на оборону и инвестирование (22 процента, включая помощь иностранным государствам). Лишь не значительная часть инвестиций идет в ВПК. В чрезвычайной ситуации Соединенные Штаты могли бы выделить более 50 процентов своих ресурсов на военные цели и помощь другим странам, т. е. в 5 - 6 раз больше, чем сейчас.
К таким же выводам можно прийти и после анализа статистических данных по основным производствам. Советский Союз выделяет на военные нужды 14 процентов производимой стали, 47 процентов алюминия, 18,5 процента сырой нефти. При этом соответствующие показатели США составляют 1,7 про цента, 8,6 процента и 5,6 процента. Несмотря на значительно большие объемы производства этой продукции в США по сравнению с СССР, последний тратит на военные нужды почти вдвое больше стали, чем США, и на 8 - 26 процентов больше алюминия.
Возможно, самым впечатляющим свидетельством экономического превосходства свободного мира над советским могут стать следующие сопоставления на основе имеющихся данных.
Следует отметить, что эти сопоставления преуменьшают относительное положение стран НАТО по следующим причинам: (1) здесь не фигурирует Канада, так как по этой стране данные отсутствуют; (2) данные по СССР основаны на расчетных для 1950 года (согласно четвертому пятилетнему плану), а не фактических данных производства. Считается, что во многих случаях они завышены и не соответствуют реальному уровню производства; (3) данные по европейским странам НАТО являются фактическими данными за 1948 год. С тех пор показатель производства по этим странам в целом вырос.
Кроме того, Соединенные Штаты могли бы достигнуть значительного роста общих показателей в производстве и тем самым увеличить долю ресурсов, идущих на наращивание экономической и военной мощи США и союзников, без ущерба для уровня жизни граждан. В период с начала 1948 года по конец 1949 года промышленное производство сократилось на 10 процентов, а за 1944 - 1949 гг. - почти на одну четверть. В марте 1950 года насчитывалось примерно 4750000 безработных. В 1943 году этот показатель составлял 1070000 чел., в 1944 году - 670000 чел.
В 1949 году объем валового национального продукта медленно сокращался (пик наблюдался в 1948 году) с 262 млрд долларов в 1948 году до 256 млрд долларов за последние шесть месяцев 1949 года, или на 20 процентов с 1944 по 1948 год в показателях неизменных цен.
Как было отмечено в Президентском экономическом докладе (январь 1950 г.), при высоком уровне экономической активности Соединенные Штаты могли бы вскоре увеличить показатель валового национального продукта до 300 млрд долларов в год. Прогресс в этом направлении способствовал бы наращиванию экономической и военной мощи Соединенных Штатов и всего свободного мира. Таким образом, цикл мог бы повторяться снова и снова. Более того, при динамическом подъеме экономической активности необходимое наращивание мощи проходило бы без ущерба для общего уровня жизни, так как требуемые ресурсы "оттягивались" бы из приращенной части валового национального продукта. Эти факты имеют большое значение при рассмотрении вариантов действий, открытых для Соединенных Штатов.
2. Намерения. Экономическая дипломатия является главным инструментом внешней политики США. С ее помощью мы можем оказывать большое влияние на обстановку в мире, учитывая при этом интересы безопасности и благополучия нашей собственной страны. Вместе с тем она представляет собой инструмент, который в случае необдуманного применения может нанести реальный вред нашим национальным интересам. Экономическая дипломатия идеально подходит для реализации наших интересов при условии наличия четкого понимания поставленных целей и силы воли для их достижения. Наконец, это инструмент, наилучшим образом отвечающий нуждам холодной войны.
Изложенный выше анализ показал, что неотъемлемым элементом срыва кремлевского плана является создание успешно функционирующей системы, действующей в свободном мире. Очевидно, что именно экономические условия являются факторами, определяющими наличие воли и силы, которые необходимы для противостояния диверсиям и агрессии. Внешнеэкономический курс США призван содействовать построению подобной системы и подобных условий в свободном мире.
Основные положения этой политики следующие:
1. Помощь Западной Европе в восстановлении и создании жизнеспособной экономики (Европейская программа восстановления).
2. Помощь другим странам из-за наличия у них особых потребностей, возникших в результате войны или холодной войны, а также нашей особой заинтересованности в этих странах, а возможно, и нашей ответственности за удовлетворение этих потребностей (помощь Японии, Филиппинам и Корее, займы и кредиты Экспортно-импортного банка, Международного валютного фонда и Международного банка Индонезии, Югославии, Ирану и т.д.).
3. Помощь в развитии слаборазвитых районов (программа Пункт IV, займы и кредиты различным странам, перекрывающие в некоторых случаях позиции 2 раздела).
4. Военная помощь странам НАТО, Греции, Турции и т. д.
5. Ограничение торговли Восток-Запад по товарам военного назначения для Востока.
6. Приобретение и накопление стратегических ресурсов.
7. Восстановление международной экономики, основанной на многосторонней торговле, снижении торговых барьеров и принципе конвертируемости валют (программа ГА 1т - МТО, программа торговых соглашений на основе принципа взаимности, программа МВФ - МБРР, а также разрабатываемая ныне программа решения проблемы платежного баланса CШA).
Как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе, эти программы направлены на укрепление свободного мира, что автоматически способствует срыву кремлевского плана. Несмотря на некоторые несоответствия и непоследовательность (которые сейчас являются предметом изучения в связи с проблемой платежного баланса Соединенных Штатов), в целом внешнеэкономический курс CШA является серьезным подспорьем в достижении поставленных целей. Тем не менее следует задаться вопросом относительно того, смогут ли ныне осуществляемые и ныне планируемые программы и в будущем являться серьезным подспорьем политике, т. е. отвечать на ее потребности в требуемом объеме и в сжатые сроки.
Прошлый год характеризовался неопределенностью в экономике, тогда как Советский Союз достиг значительного прогресса в интеграции экономических систем государств-сателлитов Восточной Европы в советскую экономику. Однако он в то же время столкнулся и с серьезными проблемами, особенно в отношениях с Китаем. Успех свободных государств был также ощутим, но и перед ними стоят неразрешенные проблемы. В итоге ни одна из сторон не может похвастать серьезным прогрессом в экономике по сравнению с результатами прошлого года. Все это становится причиной возникновения важного вопроса: каковы тенденции развития?
Здесь напрашиваются некоторые выводы. Во-первых, Советский Союз увеличивает разрыв между состоянием своей готовности к войне и состоянием неготовности к ней свободного мира. Объем ресурсов, выделяемых СССР на военные цели, значительно превосходит показатели свободных государств. Более того, огромное количество ресурсов в абсолютном исчислении тратится на важные отрасли впк. Во-вторых, успех коммунистов в Китае, принимая во внимание политико-экономическую ситуацию в остальной части Южной и Юго-Восточной Азии, является трамплином для их дальнейшего распространения по этому беспокойному региону. Хотя коммунистический Китай и стоит перед лицом серьезных экономических проблем, которые также могут оказать некоторое негативное влияние на советскую экономику, социальные и экономические проблемы, имеющиеся в других странах данного региона, увеличивают вероятность коммунистической экспансии. В-третьих, Советский Союз занимает в Европе такое положение, которое при искусном управлении может использоваться для нанесения огромного урона западноевропейской экономике, а также подрыва прозападной ориентации некоторых стран, в частности Германии и Австрии. В-четвертых, несмотря на отделение Тито от советского лагеря (а частично и из-за этого), Советский Союз стал форсировать процесс интеграции экономик государств-сателлитов в свою, а также поощрять усиление автократии в контролируемых им регионах.
В-пятых, Западная Европа при помощи США (и Канады) достигла рекордного уровня производства. Однако ей грозит резкое сокращение американской помощи, и при этом она не имеет возможнocти собственными усилиями добиться удовлетворительного равновесия в отношениях с долларовыми регионами. Европейские страны также слишком слабо продвинулись в вопросе экономической интеграции, которая в долгосрочной перспективе способствовала бы улучшению производительности, а также создала бы экономические предпосылки для политической стабильности. Процесс экономической интеграции не идет достаточно быстрыми темпами и не может предоставить Западной Германии экономические возможности, адекватные Западу. Великобритания все еще решает экономические проблемы, которые, возможно, потребуют принятия решений, результатом которых станет снижение уровня жизни (что будет достаточно тяжело сделать с политической точки зрения), либо увеличения предусмотренных объемов американской помощи. Однако стоит отметить, что улучшение положения Великобритании крайне важно для наращивания оборонных способностей Западной Европы.
В-шестых, весьма сомнительной является стабильность в странах Азии. Непонятно, смогут ли правительства, придерживающиеся умеренного курса, сохранить власть, не сдав ее тем, чье пребывание у власти для нас нежелательно. Данная проблема лишь частично связана с экономическим положением. Безусловно, содействие экономическому развитию этих стран является одним из способов открыть перед народами Азии перспективы повышения бытовых стандартов при нынешних правительствах. Вместе с тем большое значение, возможно, все-таки представляет укрепление центральных институтов, повышение качества управления, а также создание такой экономической и социальной структуры, при которой народы Азии смогут более эффективно использовать свои обширные человеческие и материальные ресурсы.
В-седьмых, и, вероятно, это является самым важным выводом, имеются определенные признаки того, что СШA сворачивают свою внешнеэкономическую деятельность. Это происходит под влиянием внутреннего дефицита бюджета, разочарования программами содействия из-за слишком оптимистичных прогнозов и сомнений в целесообразности укрепления других свободных государств в свете ХОЛ0ДНОЙ войны.
В-восьмых, имеются основания предполагать, что если не будут разработаны более продуктивные государственные программы, в течение нескольких следующих лет Соединенные Штаты и другие свободные государства испытают серьезный спад экономической активности.
Однако если мы попытаемся заглянуть в будущее, то увидим, что планируемые ныне программы не будут отвечать требованиям свободных наций. И проблема заключается не в неадекватности и не в плохой реализации политического курса, а в непригодности этих программ для достижения наших целей.
Анализ рисков, которыми чревата данная ситуация, приводится в следующей главе. Программа действий, призванная сделать усилия по изменению нынешнего положения вещей и достижению нашей основной цели более эффективными, сформулирована в главе IX.

В. Военные

Соединенные Штаты в настоящее время располагают наибольшим военным потенциалом в мире. Слабостью Соединенных Штатов в сравнении с Советским Союзом является незначительная численность вооруженных сил и людских ресурсов в целом.
Помимо недостаточной численности действующих вооруженных сил, Соединенные Штаты также не имеют подготовленных позиций, на которых в случае войны можно было бы развернуть войска.
Действительно, сегодня вооруженные силы CШA сильнее, чем когда-либо. Однако правда и то, что наша реальная военная мощь не соответствует взятым нами на себя обязательствам. Вместе с тем это несоответствие не является единственным решающим фактором. Главным фактором наравне с обязательствами является международная ситуация, следовательно, наша военная мощь должна в большей степени соответствовать текущей международной ситуации. А при сопоставлении имеющейся у нас военной силы с ситуацией в мире становится очевидным факт наличия у нас недостаточной военной силы, что подвергает нас опасности.
Если война начнется в 1950 году, Соединенные Штаты и их союзники будут обладать военным потенциалом, достаточным для оборонительных действий с целью обеспечения защиты Западного полушария, военных баз в западной части Тихого океана и основных военных коммуникаций. Однако этого потенциала будет недостаточно для защиты основных военных баз на территории Великобритании и на Ближнем Востоке. При этом мы будем обладать необходимыми силами для проведения крупномасштабных военно-воздушных операций на основные объекты ВПК Советского Союза.
Масштаб операций, перечисленных в предыдущем параграфе, ограничивается количеством имеющихся в распоряжении у CШA и союзников военных сил и материальной базы. Принимая во внимание стоящую перед нами угрозу, а также имеющиеся стратегические планы, CШA должны предоставлять своим союзникам военную помощь, однако объемы подобной помощи не должны идти в ущерб возможностям обеспечивать наши собственные военные нужды.
Если военный потенциал Соединенных Штатов и их союзников будет быстро и эффективно увеличен, то можно будет сформировать вооруженные силы, достаточные для предотвращения войны, или, если Советский Союз предпочтет начать войну, отражения первого советского наступления, стабилизации положения для подготовки ответных действий и нанесения ответного удара, возможно, даже более мощного, чем первоначальный удар Советов. Если посмотреть на это исключительно с военной точки зрения, то потребуется не только создание необходимых вооруженных сил, но и разработка и накопление достаточного количества современного вооружения.
При нынешних условиях существенное увеличение вооруженных сил может быть достигнуто за 2 - 3 года. В случае чрезвычайной ситуации или в случае начала войны такие военные силы могут быть созданы в несколько более короткий срок, правда, это потребует максимальных усилий со стороны государства. Тем не менее увеличение военного потенциала в мирное время должно согласовываться как с его возможным применением в войне, с реализацией краткосрочных и долгосрочных внешнеполитических программ в отношении Советского Союза, так и с реалиями создавшейся ситуации. Если мы сейчас возьмем курс на наращивание нашего военного потенциала, то мы получим возможность ликвидировать дисбаланс между имеющейся военной мощью и требуемой, а со временем и завладеть инициативой в холодной войне и значительно отложить, если не остановить, советское наступление в ходе самой войны.

VII. СОВРЕМЕННЫЕ РИСКИ

А. Общие

Из предыдущих разделов становится очевидным тот факт, что целостность и жизнестойкость нашей системы находятся сейчас в большей опасности, чем когда-либо за всю историю. Даже если бы не было Советского Союза, мы все равно стояли бы перед серьезной проблемой свободного общества, многократно обострившейся в индустриальную эпоху и заключающейся в примирении понятий порядка, безопасности, потребности в партнерстве с требованиями свободы. Мы также бы пришли к выводу, что в нашем тесном мире отсутствие порядка среди государств становится все менее и менее терпимым. План Кремля ставит целью навязать государствам порядок способом, который разрушит нашу свободную и демократическую систему. Обладание Кремлем атомным оружием дает ему еще один рычаг давления, который способствует осуществлению его плана и ставит нашу систему перед лицом еще большей опасности, что способствует появлению дополнительного напряжения. Кроме того, это поднимает вопрос: окажется ли мир способен выносить подобное напряжение, не отойдя к какому-нибудь другому типу устройства на чьих­либо условиях?
Новые риски, с которыми мы сталкиваемся сейчас, соответствуют масштабу тотальной борьбы, которую мы ведем. Для свободного общества не существует полной победы - свободу и демократию невозможно получить в полной мере раз и навсегда. Общество постоянно находится в борьбе за достижение этих ценностей. Вместе с тем поражение от рук тоталитарного режима означает окончательное поражение. Эти риски подобны снежной лавине, обрушивающейся на нас в этом тесном мире поляризованной власти, и у нас нет иного выбора, кроме как дать им эффективный отпор либо оказаться погребенными под ними.

Б. Специфические

Советская идеология и предпринимаемые действия почти не оставляют сомнений в том, что Кремль ставит перед собой цель подчинить себе весь свободный мир, используя при этом методы холодной войны. Излюбленные технические приемы Кремля ­ диверсия и запугивание, каждый институт нашего общества воспринимается им в качестве мишени для насмешек, кроме того, он пытается использовать его против нас. Профсоюзы, общественные организации, школы, церкви, все средства массовой информации, влияющие на общественное мнение, - все, что связано с понятиями нашей физической и духовной силы становится для него основной целью. СССР пытается заставить их не столько служить его собственным задачам, сколько саботировать реализацию наших, что приведет к появлению неоднозначности в нашей экономике, культуре и политике.
Многоплановость и разносторонность, являющиеся частью свободной системы, свойственные ей слабости и проблемы, права и привилегии свободных людей, а также некоторая степень дезорганизации, явившейся следствием последней атаки на наши свободы, - все это создает условия, благоприятствующие осуществлению Кремлем своего черного плана. Принципы, на которых строятся свобода и демократия, ограничивают наши возможности по принятию ответных мер, и Кремль открыто злоупотребляет этим. Ведь для тех, кто считает, что "моральные нормы - это то, что отвечает интересам революции", не существует принципов.
Все то, чем мы и другие свободные страны можем гордиться, является удобной мишенью для нападок. Согласно плану Кремля любая возможность безнаказанно оскорбить нас или унизить достоинство нашей страны, нашей системы, наших мотивов или наших методов не должна быть упущена. Аналогичным образом способы, которыми мы пытались поправить состояние нашей экономики в ЗО-х годах и стараемся теперь помочь экономике свободного мира, также подвергаются нападкам. Военная помощь, предоставляемая нами другим странам свободного мира, заклеймена коммунистами еще в самом начале Второй мировой войны. Подобным образом осуждаются наши сегодняшние усилия по созданию нормальных вооруженных сил для нас и наших союзников.
В то же время Советский Союз сам пытается создать мощнейшую военную машину, необходимую ему для реализации стратегии запугивания. Его собственное восприятие силы заставляет его пытаться продемонстрировать миру то, что сила и власть ее использовать принадлежат только Кремлю, а те, кто не обладает силой, пребывают в упадке и обречены на гибель. Если речь идет о локальных конфликтах, то здесь Кремль также прибегает к запугиванию и пытается оказать давление, преследуя при этом свои конкретные цели и пытаясь посеять в свободном мире волнение и пораженческие настроения.
Факт обладания каждым из полюсов атомным оружием, а также неспособность (по различным причинам) сторон доверять друг другу делают вариант "неожиданной войны" против нас весьма привлекательным. Кроме того, Кремль делает ставку на более жестокое и безжалостное исполнение своего плана средствами холодной войны, особенно если учесть то, что Кремль объективен в оценках и понимает, что мы не нанесем превентивного удара. Не стоит также забывать о привлекательности "малой" агрессии против других стран, так как в Кремле понимают наше нежелание инициировать атомную войну до тех пор, пока мы сами не подвергнемся прямой агрессии.
Сейчас мы подвержены всем этим рискам. Кроме того, существует вероятность оказаться поверженными в результате нашей неспособности проанализировать, выбрать и затем твердо придерживаться определенного курса.
Риск того, что мы будем либо лишены возможности, либо еще долго не сможем предпринимать все необходимые меры для поддержания целостности и жизнестойкости нашей системы, достаточно высок. Еще выше риск того, что наши союзники утратят свою решимость. Однако самым большим риском является то, что мы будем предпринимать недостаточные или несвоевременные меры, что явится причиной недоверия и взаимных обвинений, а это станет неуклонно сужать возможность выбора до все более безысходных вариантов. Например, весьма очевидно, что нынешние слабые места не позволят нам оказывать эффективное сопротивление. Мы должны ясно дать понять, что невозможность сдерживания может стать причиной глобальной войны на полное уничтожение, только так мы сможем обуздать натиск Кремля.
Риск оказаться перед скудным выбором между капитуляцией или ввязыванием в мировую войну уже сам по себе не внушает оптимизма. Однако стоит учитывать, что этот вариант также ослабляет наши позиции в холодной войне. Вместо того чтобы производить впечатление сильной нации, готовой принять волевое решение, мы производим впечатление нерешительной и отчаянной нации, во всяком случае, мы недалеки от этого. Тем не менее идет холодная война, и мы обязаны ее выиграть, так как и план Кремля, и наша основная цель ставят эту войну во главу угла.
Тем не менее, как следует из проведенного в главе IX анализа, срыв планов Кремля не может быть осуществлен нами в одиночку. Мощь центра, т. е. Соединенных Штатов, является лишь одним из двух обязательных условий. Вторым условием является недопущение принятия нашими союзниками (в том числе и потенциальными) статуса нейтралитета из-за неверия в победу или из-за запугивания со стороны СССР, так как это приведет к установлению контроля Кремля над этими странами. Если бы события в Германии развивались по подобному сценарию, последствия для Западной Европы и для нас оказались бы катастрофичными.
Вместе с тем усиление наших позиций также связано с определенными рисками, так как это потребует от американского народа самопожертвования и самодисциплины. Американцам придется отказаться от некоторых благ, которыми они могли бы пользоваться в рамках своих свобод. Не может быть ничего важнее, чем полное осознание мотивов, побуждающих нас идти на подобную жертву. Здесь очевиден риск поверхностного понимания и неадекватной оценки этих вопросов. А это может привести к принятию мер, представляющих опасность для целостности нашей системы. Кремль в любой момент может начать войну или зайти слишком далеко, проверяя нас на прочность. Это и есть то, чем мы рискуем, когда пытаемся упрочить свою позицию. Вместе с тем эти риски несравнимо меньше тех, от которых мы стараемся себя обезопасить. Более вероятной преградой на пути к достижению нашей основной цели может стать слабая воля, необходимая для удержания завоеваний, а не наши возможные ошибки или критика того, что мы эту волю проявляем. История не знает ни одного примера, когда какому-либо народу удавалось бы сохранить свою свободу, если этот народ полагал, что, не имея достаточно сил для самозащиты, он сможет убедить своих врагов в отсутствии у него агрессивных намерений.

VIII. АТОМНОЕ ОРУЖИЕ

А. Военная оценка атомного потенциала США и СССР

1. В настоящее время Соединенные Штаты обладают достаточным атомным потенциалом (с точки зрения количества атомного оружия и средств его доставки), способным при условии его эффективного применения нанести серьезный урон военно-промышленным мощностям СССР. Однако сомнительно, что подобный удар, даже если он приведет к полному уничтожению намеченных целей, вынудит Советский Союз просить о мире или помешает советским вооруженным силам оккупировать Западную Европу, преодолев сопротивление наземных войск, которые могли бы быть мобилизованы. Однако мощный упреждающий удар мог бы уменьшить возможности СССР по обеспечению военных структур и гражданского населения, предоставив Соединенным Штатам возможность развить свое военное превосходство, если война затянется на длительный срок.
2. По мере роста атомного потенциала у СССР появится возможность нанести удар по нашим атомным объектам, что затруднит проведение упомянутой выше наступательной операции. Вполне возможно, что в ближайшем будущем у Советского Союза появится достаточное количество атомных бомб и средств их доставки. Это поднимет вопрос возможности использования Британских островов в качестве основного плацдарма США для нанесения ударов по советским позициям, так как очевидно, что имеющиеся силы ПВО не смогут обеспечить должную защиту архипелага.
Согласно нашим оценкам, в ближайшие четыре года атомный потенциал СССР достигнет уровня, который позволит ему причинить серьезный ущерб жизненно важным центрам на территории Соединенных Штатов при условии, что подобный удар будет нанесен неожиданно и что он не встретит более мощного отпора, чем тот, который предполагается нами сейчас. Подобный удар может нанести США настолько серьезный урон, что их экономический потенциал существенно сократится.
Эффективное противодействие Советам в подобной ситуации потребует создания значительно более совершенной системы оповещения о воздушном нападении, системы ПВО, а также активной разработки и внедрения программы гражданской обороны, которая должна взаимодействовать с военными системами.
Со временем атомный потенциал СССР увеличится до такой степени, что при условии внезапности и не более эффективного противодействия, чем то, которое нами сейчас планируется, нельзя будет исключать возможности нанесения превентивного удара.
3. На начальных этапах атомной войны выгоды от внезапности и инициативы будут весьма велики. Полицейское государство, существующее за железным занавесом, обладает куда большим преимуществом и в вопросах поддержания должного уровня безопасности, и в вопросах принятия решений, необходимых для того, чтобы воспользоваться этим преимуществом.
4. Сейчас наши возможности по нанесению ответного удара с использованием атомного оружия, возможно, способны удержать Кремль от прямой военной агрессии против нас или других свободных народов. Однако когда Кремль поймет, что обладает достаточным атомным потенциалом, чтобы нанести по нам внезапный удар и тем самым ликвидировать наше превосходство в атомном оружии, что параллельно создаст ситуацию, которая неоспоримо будет играть на руку Кремлю, он может попытаться соблазну нанести внезапный и тайно подготовленный удар. Поэтому в подобной ситуации наличие у двух стран большого запаса атомного оружия может сыграть роль фактора, не сдерживающего, а провоцирующего войну.
5. Дальнейшее увеличение количества и мощности нашего атомного оружия обеспечит эффективность любого ответного удара США, но, по-видимому, не изменит логики изложенного выше. Для получения гарантий того, что свободный мир выживет в результате внезапного атомного удара СССР (такой мощности, которой, как предполагается, СССР будет располагать к 1954 году) и будет в состоянии продолжить путь к достижению своих целей, необходимо значительное увеличение мощи военно-воздушных, сухопутных и военно-морских сил и совершенствование системы ПВО и гражданской обороны. Кроме того, рост военной мощи позволит не только сохранить, но и увеличить нашу способность нанести ответный удар, что тем самым на некоторое время отдалит тот день, когда Советский Союз сочтет, что нанесение внезапного удара предоставит ему целый ряд преимуществ. Это даст дополнительное время, в течение которого мы должны будем пытаться изменить советскую систему политическими средствами.
6. Если СССР разработает термоядерное оружие раньше Соединенных Штатов, то это приведет к значительному увеличению рисков, связанных с усилением давления со стороны СССР на свободный мир, а также риск нападения на США.
7. Если США разработают термоядерное оружие раньше Советского Союза, они смогут в течение какого-то времени оказывать усиленное давление на СССР.

Б. Накопление и применение атомного оружия

1. Из проведенного выше анализа можно заключить, что эффективное исключение ядерного оружия из нашего военного арсенала мирного времени отвечало бы долгосрочным интересам Соединенных Штатов. Глава IX дает представление о дополнительных задачах, стоящих перед нами в случае наличия реальных перспектив ликвидации ядерного оружия. Если исключение ядерного оружия из арсенала и достижение поставленных задач не представляются возможными, то у нас нет другого выхода, кроме как наращивать свой атомный потенциал максимально быстро. В любом случае важно обеспечить быстрое увеличение военно-воздушных, сухопутных и военно-морских сил общего назначения (наших и союзных) до таких масштабов, чтобы в военном отношении мы не так сильно зависели от ядерного оружия.
2. Как уже говорилось в главе IV, важно, чтобы Соединенные Штаты применяли военную силу только в том случае, если необходимость ее использования очевидна, неизбежна и находит поддержку у подавляющего большинства граждан. Следовательно, Соединенные Штаты могут вступать в войну только в случае прямой и дерзкой агрессии против них; граждане США должны одобрить применение силы. Более того, применение нами силы должно быть сообразно задачам, с которыми нам, возможно, придется столкнуться, и направлено на достижение наших целей.
В случае войны с СССР следует ожидать, что ядерное оружие будет использоваться каждой из сторон таким образом, который будет в наибольшей степени отвечать ее целям. Ввиду нашей уязвимости перед советской атомной атакой нам следует использовать атомное оружие только для нанесения ответного удара по СССР. Для того чтобы быть в состоянии сделать это, не утратив при этом надежды на осуществление наших целей, неатомный военный потенциал США и наших союзников должен быть максимально реализован. Следует также досконально изучить слабые стороны политического курса СССР и воспользоваться ими. Однако мы не можем быть уверены в том, что в случае войны мы также сможем идти к достижению наших целей, а СССР при этом не применит против нас атомного оружия. Лишь обладая подавляющим атомным преимуществом и имея полное превосходство в воздухе, мы сможем разубедить СССР применять имеющееся у него атомное оружие, параллельно продвигаясь к достижению наших целей.
Если наши прогнозы относительно атомного потенциала СССР, которым он будет обладать к 1954 году, окажутся верными, то можно предположить, что в случае войны советские лидеры вряд ли воздержатся от использования атомного оружия, если они не будут полностью уверены в том, что смогут достичь своих целей другими путями.
Если мы прибегнем к использованию атомного оружия либо в качестве ответного удара после того, как на подобный шаг решится СССР, либо из-за отсутствия альтернативного способа достижения поставленных целей, необходимо, чтобы стратегические и тактические мишени, против которых оно используется, а также характер его применения согласовывались с нашими целями.
Из всего вышеперечисленного можно сделать вывод, что нам следует ориентироваться на производство и создание запасов термоядерного оружия (при условии возможности осуществле­ния подобного проекта и его целесообразности с точки зрения увеличения совокупного военного потенциала). Однако сейчас еще недостаточно информации о возможностях этого оружия, поэтому судить о его возможном применении в войне еще рано.
3. Предполагается, что мы объявим о том, что мы не будем применять атомное оружие, за исключением случаев нанесения ответного удара после соответствующего шага агрессора. Утверждается, что подобное заявление снизит угрозу атомного удара по Соединенным Штатам и их союзникам.
При низкой степени готовности обычных видов вооружения, имеющей место в настоящее время, подобное заявление может быть интерпретировано СССР как признание нашей слабости, тогда как наши союзники могут расценить это как попытку выйти из союзных соглашений. Более того, весьма сомнительно, что подобное заявление будет воспринято Кремлем достаточно серьезно для того, чтобы как-то повлиять на принятие решения о нападении на США. Кремль будет проводить детальный анализ наших возможностей, а не принимать в расчет простое заявление о намерениях по их использованию.
Если мы намерены следовать нашему курсу, то нам не следует делать подобных заявлений, до тех пор пока мы не будем уверены в том, что сможем реализовать наши цели без развязывания войны, а в случае войны - без использования атомного оружия в решении стратегических или тактических задач.

В. Международный контроль над атомной энергией

1. Разбор основных соображений об обеспечении эффективного международного контроля необходим для четкого понимания необходимости достижения дополнительных целей, обозначенных в главе IX.
2. Ни одна система международного контроля не сможет предотвратить производство и использование атомного оружия в случае затяжной войны. Даже самая эффективная система международного контроля способна гарантировать только: а) изъятие ядерного оружия из военного арсенала мирного времени и б) незамедлительное оповещение о нарушении данного положения. В принципе задача эффективного международного контроля - обеспечить наличие некоторого времени между нарушением положений и реальным использованием атомного оружия в войне.
3. Обеспечиваемый системой контроля временной промежуток между нарушением положений и возможным применением атомного оружия в войне зависит от целого ряда факторов.
Демонтаж существующих атомных бомб а также уничтожение их оболочек и запалов не является гарантией наличия времени. Оболочки и запалы можно с легкостью произвести, причем даже втайне, а сборка бомбы не требует много времени.
Если бы существующие запасы делящихся веществ удалось как­то уничтожить, а в будущем полностью контролировать их производство, то война не началась бы с внезапной атомной атаки.
С тем чтобы гарантировать наличие достаточного количества времени между нарушением положений и созданием необходимого количества атомного оружия, необходимо уничтожить все заводы, способные в больших количествах производить делящиеся материалы. Однако подобный план требует наложения моратория на проекты, связанные с мирным атомом, для которых могут требоваться значительные объемы делящегося вещества.
Осуществление эффективного контроля над производством И хранением сырья также может продлить время, на которое гарантируется безопасность. Однако теперь, когда русские располагают технологией производства атомного оружия, время между нарушением международного соглашения и производством атомного оружия существенно сократилось по сравнению с 1946 годом, когда подобные оценки и производились. Исключения могут составлять лишь термоядерные технологии и другие новые типы вооружения.
4. Достоверность сведений о нарушении положений также зависит от ряда факторов. В отсутствие добропорядочности возможность построения системы, гарантированно оповещающей о нарушении соглашения, представляется сомнительной. для того чтобы предотвратить какое-либо тайное нарушение международных соглашений, необходимо, чтобы сырье и делящиеся материалы находились в собственности международного сообщества; кроме того, в международном владении должно находиться все опасное производство. При этом должен обеспечиваться постоянный и неограниченный доступ на все территории Советского Союза (равно как и на территории других государств, подписавших соглашение). Вполне возможно, что по мере наращивания СССР запасов делящихся материалов растут также и резервы, которые СССР скрывает от инспекций. Поэтому чем быстрее соглашение вступит в полную силу, тем большую безопасность оно сможет гарантировать. Вероятность налаживания Советами тайного производства также возрастает с появлением разработок, способных сократить размер и энергопотребление отдельных реакторов. Создание термоядерного оружия многократно увеличит ущерб, наносимый обычным атомным оружием. Это означает, что получение значительного преимущества может быть достигнуто за счет тайных разработок.
5. Следует также принять во внимание и некоторые ограничения, сопряженные с внедрением международного контроля. Если бы было возможно договориться о формировании эффективной системы международного контроля, то США предположительно пожертвовали бы большими запасами ядерного оружия и производственными мощностями, нежели СССР. Однако открытие государственных границ для международных проверок, являющихся частью системы контроля и инспекции, имело бы большее воздействие именно на СССР, а не на США. Если система контроля будет подразумевать ликвидацию всех крупных реакторов и введение моратория на определенные программы мирного назначения, то СССР будет настаивать на том, что вследствие большей потребности в новых источниках энергии ему придется идти на большие жертвы, чем США.
6. Соединенные Штаты, как и другие страны в своей общей массе, жаждут передышки от постоянной угрозы атомной войны. Вместе с тем существует опасность того, что подобная передышка будет непродолжительной и мы будем не в состоянии отследить, когда она кончится. В целях соблюдения интересов США важно, чтобы при заключении соглашения стороны руководствовались принципами добросовестности, а также были предприняты меры, обеспечивающие их соблюдение.
7. Наиболее существенным вкладом в формирование системы эффективного международного контроля, безусловно, было бы открытие границ Советского Союза, как это предполагает план ООН. Такой путь, однако, несовместим с поддержанием СССР его нынешнего статуса. И это является главной причиной, по которой СССР отказывается принять план ООН.
Исследования, начатые с образованием Комиссии Ачесона-Лилиенталя (Acheson-Lilienthal), результатом которых стала разработка плана ООН, подтвердили, что одно лишь инспектирование объектов атомной энергетики еще не дает гарантий контроля. Кроме этого, необходимо, чтобы атомные объекты (от рудников по добыче до мощностей для конечного использования) принадлежали международному органу и управлялись им. Предполагаемая независимость этого органа отвечает интересам эффективного контроля, который необходим США и свободному миру в такой же степени, в какой он неприемлем для СССР.
Также вполне очевидно, что основополагающим моментом здесь является независимость контролирующего органа от давления со стороны СССР. Советский Союз воспринимает любой неподконтрольный ему режим как подконтрольный, по крайней мере потенциально, Соединенным Штатам, поэтому условия, выдвигаемые США и несоветским миром, встретят категорическое неприятие со стороны Советского Союза.
Главной выгодой от установления международного контроля стала бы невозможность нанесения внезапного атомного удара. Это предполагает ликвидацию крупных реакторов и запасов делящихся материалов. Вместе с тем с изрядной долей уверенности можно прогнозировать, что Советский Союз согласится на ликвидацию крупных реакторов только в том случае, если будет неопровержимо доказана непрактичность использования атомной энергии в мирных целях. Не согласится он сейчас и на ликвидацию своих запасов делящихся материалов.
Наконец, нам следует исходить из недобросовестности намерений СССР, до тех пор пока мы не увидим реальных перемен в советской политике. Довольно сомнительно, что подобные перемены могут произойти без изменений сути самой советской системы.
Приведенные аргументы свидетельствуют о том, что, прежде чем будет возможно начать обсуждение эффективной системы международного контроля, должен произойти серьезный сдвиг в раскладе сил между США и Советским Союзом. для того чтобы такое соглашение стало возможным, Советскому Союзу пришлось бы стать на длинный путь примирения и поисков компромиссов. Этот вывод поддерживается в Третьем докладе Комиссии ООН по атомной энергии Совету Безопасности от 17 мая 1948 года. В частности, там сказано: " ... комиссия оказалась не в состоянии добиться ... принятия ими характера и масштабов участия мирового сообщества, требуемого от всех государств в этой сфере ... В результате комиссия вынуждена признать, что выполнение соглашения по эффективным мерам контроля за атомной энергией напрямую зависит от уровня общего политического взаимодействия".
В целом нет смысла надеяться на обсуждение эффективного плана международного контроля, пока Кремль стремится к осуществлению своего плана и пока не начнется процесс подлинных перемен в советской политике.



IX. ВОЗМОЖНЫЕ ВАРИАНТЫ НАШИХ ДЕЙСТВИЙ

Bвegeнue. В нынешней ситуации можно выделить четыре возможных варианта действий для Соединенных Штатов, а именно:
а) Следование текущему курсу, включая уже реализуемые, а также планируемые к реализации программы.
б) Изоляция.
в) Война.
г) Ускоренное по сравнению с тем, что предполагает пункт (а), наращивание политической, экономической и военной мощи свободного мира, чтобы достигнуть по возможности приемлемого порядка в международных отношениях и подготовиться к обороне в случае нападения на свободный мир.

Роль переговоров. Возможность ведения переговоров должна рассматриваться в качестве дополнения к выбранному варианту действий. Переговорщик всегда пытается прийти к соглашению, которое выгодно отличается от действительности, но ни в коем случае не ухудшает имеющееся положение дел. Это в равной степени относится и к отношениям между суверенными государствами, и между людьми. При ведении переговоров по любым вопросам Советский Союз имеет несколько преимуществ перед свободным миром:
а) Он может позволить себе держать в тайне все существенные факты, касающиеся действительного положения дел в СССР. Следовательно, он располагает более подробными сведениями о реалиях свободного мира, нежели свободный мир о нем.
б) Он может позволить себе игнорировать общественное мнение.
в) Он не нуждается ни в переговорах с другими странами, ни в их согласии в отношении предлагаемых или принимаемых им условий.
г) Он способен оказывать влияние на общественное мнение других стран, при этом изолируя от внешнего воздействия народы, контролируемые им.
Это дает СССР серьезные преимущества. Принимая во внимание наше неблагоприятное положение, эти преимущества Советов препятствуют, как показано далее в разделе А, проведению переговоров по достижению договоренностей общего характера. Хотя Соединенные Штаты, вероятно, располагают атомным вооружением, достаточным для нанесения серьезного удара по Советскому Союзу, что будет первым шагом к победе в этой долгой войне, этого мало для укрепления позиций США в холодной войне.
Проблема заключается в необходимости создания в свободном мире таких политических и экономических условий (подкрепленных при этом военной мощью, необходимой для сдерживания советского наступления), что Кремль будет вынужден подстраиваться под них, постепенно отказываясь от выбранного курса. В конце концов это вынудит его кардинально изменить свой политический курс. Как следует из главы VIII, действительно эффективный контроль за атомной энергией потребует от Советского Союза открытости, подтверждения добросовестности намерений и стремления сосуществовать в мире. Это должно стать свидетельством идущих или хотя бы начинающихся перемен в советской системе.
Естественно, что при нынешних обстоятельствах мы не сможем вести переговоры по выработке соглашения, которое позволяло бы надеяться на перемены в советской системе. В чем же тогда заключается роль переговоров ?
Во-первых, общественность Соединенных Штатов и других свободных стран будет требовать от свободного мира постоянной готовности к переговорам с Советским Союзом на равноправных началах. В США и за рубежом бытует мнение, согласно которому заключение соглашений с СССР на равных началах все-таки представляется возможным. Эта точка зрения будет преобладать, если Советский Союз начнет выражать готовность пойти на компромисс, даже по незначительным вопросам.
Следовательно, свободные страны должны быть всегда готовы проводить переговоры и брать в переговорном процессе инициативу в свои руки. Им следует подготовить пере говорные позиции по вопросам, в которых они были бы готовы к поиску компромисса с Советским Союзом, а также по его условиям и этапам данного процесса. Условия соглашений должны быть честными с точки зрения общественного мнения свободного мира. Это означает, что они должны предусматривать установление эффективного контроля над всеми видами вооружений со стороны ООН либо организации-преемницы и не противоречить положениям Устава ООН. Не следует требовать от Советского Союза чего-либо кроме этого и конструктивного сотрудничества в рамках международной организации. Эти условия заведомо неприемлемы для Кремля, и даже если он согласится с ними, вряд ли он будет добросовестно относиться к их выполнению. Вот тогда-то и станет очевидна неспособность Кремля к позитивному партнерству без радикального изменения политического курса, а следовательно, и всей системы.
В рамках идеологического конфликта первостепенное значение имеют твердые переговорные позиции. Решившись укреплять свой потенциал, США могут предлагать методы урегулирования споров, придерживаясь основных положений выступления Госсекретаря в Беркли, однако это может стать лишь нашей краткосрочной тактикой. Тем не менее параллельно с принятием решения об усилении позиций свободного мира было бы целесообразно следовать данной тактической линии, так как это позволило бы заручиться общественной поддержкой и в то же время минимизировать риск войны. Для США сейчас крайне важно определить свою переговорную позицию и согласовать ее с союзниками.
Во-вторых, если США и другие свободные государства примут решение наращивать мощь свободного мира, а Кремль сделает выбор в пользу умеренного курса и поиска компромиссов, то помере расширения сфер сотрудничества необходимость в переговорах все равно будет возникать.
В переговорах с США Кремль ставит перед собой три основные задачи. Первая - ликвидация атомного потенциала США. Вторая - предотвращение эффективной мобилизации превосходящего по человеческим и материальным ресурсам потенциала свободного мира. Третья - вывод вооруженных сил США из Европы и Японии. Готовность СССР пойти на серьезные уступки в ходе переговоров будет зависеть от его оценки соотношения собственных сил с силами, имеющимися в распоряжении Запада; особенно от возможностей и желания последнего противостоять Кремлю. Однако нынешняя оценка Кремлем сложившейся ситуации вряд ли станет причиной существенных уступок с его стороны.
С другой стороны, цели США и других свободных стран на переговорах с СССР (помимо уже обозначенных идеологических) заключаются в обеспечении принятия Советским Союзом новой политической, идеологической и экономической ситуации в мире, которая станет следствием принятия четвертого плана действий. Не стоит забывать, что это будет сопровождаться повышением нашего военного потенциала, что является неотъемлемой частью вышеуказанного плана. Резюмируя, можно сказать, что нашей задачей является обеспечение сдачи Советским Союзом его позиций, по возможности подчеркивая преимущества переговорного процесса перед применением силы.
Осмелимся предположить, что Кремль пойдет на подобные соглашения, только если будет уверен в существовании возможности безнаказанно их нарушать и вследствие чего получать от них большую выгоду, чем свободный мир. Исходя из этого, нам следует принять меры по обеспечению возможности принудительного соблюдения данных соглашений и недопущению их скрытого нарушения, а также возможности принятия ответных мер, если подобное все-таки произойдет.
Это соответственно предполагает, что нам нужно будет тщательно проработать порядок заключения соглашений. Соглашение по контролю за атомной энергией приведет к большему разоружению США в относительных показателях, нежели Советского Союза, даже если исходить из предположения, что свободный мир сможет в значительной степени увеличить потенциал обычных видов вооружения. Советский Союз может пойти на заключение этого соглашения, планируя при этом выступить против Западной Европы и других стратегически значимых регионов с обычными военными силами и вооружением. В этом случае США окажутся втянутыми в войну, будучи лишенными своего самого мощного оружия. Следовательно, нам придется вновь вступать в гонку повторного создания атомного оружия.
По этим причинам Соединенным Штатам и другим свободным странам, видимо, придется настаивать на параллельном заключении соглашений по контролю за неядерными вооружениями. Кроме того, возможно потребуется достижение компромисса и по другим вопросам: мирные договоры с Германией, Австрией и Японией и отказ СССР от давления на государства-сателлиты. Если вопреки нашим ожиданиям Советский Союз примет соглашения, гарантирующие эффективный контроль за атомной энергией и обычными видами вооружения, и при этом откажется изменить направленность политического курса, то нам придется серьезно подумать над целесообразностью заключения таких договоренностей. Тем не менее вероятность возникновения подобной ситуации крайне мала.
Гибкость, которой мы сможем обладать на переговорах (необходимость которых может возникнуть), будет зависеть от того, насколько Соединенные Штаты и остальной свободный мир преуспеют в наращивании мощи обычных видов вооружения, необходимой для предотвращения или сдерживания советского нападения с использованием аналогичного вооружения.
В-третьих, помимо укрепления уже обозначенных выше идеологических позиций, переговоры также смогут играть определенную роль и в усилении физических позиций свободного мира. В данном контексте наиболее показательным является пример Германии, Австрии и Японии. Если свободные страны намерены и в будущем укреплять свой потенциал, то им имеет смысл заключить с Японией, Западной Германией и Австрией сепаратные соглашения, позволяющие привлечь силы и ресурсы этих стран в поддержку свободного мира. Однако если с помощью попытки договориться с СССР не удастся доказать, что СССР не готов подписать мирные договоры, которые позволят этим странам гарантированно обрести свободу, стать членами ООН, участвовать в региональных или других глобальных организациях, существующих в соответствии с Уставом ООН, и стремиться к мирному развитию экономической и политической жизни, то добиться вышеизложенного будет весьма сложно.
Это подтверждает необходимость более тесного сотрудничества между свободными странами на региональном или более широком уровне, как с точки зрения переговорного процесса, так и в интересах наращивания потенциала свободного мира (см. раздел Г).
В заключение можно отметить, что переговоры не должны восприниматься как полноценная программа действий. Переговоры - это лишь средство, способствующее наращиванию сил, обретению более выгодных позиций в холодной войне и снижающее риск реальной войны. Нашей конечной целью является договоренность с Советским Союзом (либо государством или государствами-преемниками), которая будет являться гарантией мира во всем мире. Вместе с тем важно подчеркнуть, что достижение подобной договоренности может быть лишь результатом создания свободными странами такой политической и экономической системы, которая не оставит Кремлю ни малейшего шанса на осуществление своего плана по подчинению мира. Проводимый в последующих разделах анализ указывает на то, что формирование такой системы требует форсированной реализации текущего политического курса.


А. Первый курс - продолжение нынешней политической линии с текущими и планируемыми в настоящее время программами для претворения этой линии в жизнь

1. Военные аспекты. Программы, имеющиеся у США, предполагают значительный военный потенциал, но фактический уровень боеспособности, несмотря на некоторые улучшения по сравнению с уровнем боеспособности СССР, снижается. Особенно, если допустить наличие у последнего водородной и/или термоядерной бомбы. То же самое можно сказать о состоянии боеспособности всего свободного мира в целом по сравнению с состоянием общей боеспособности советского блока. Если война разразится в 1950 году или в последующие несколько лет, Соединенным Штатам и их союзникам, помимо нанесения мощного атомного удара, придется попытаться придерживаться выжидательной тактики, наращивая при этом силы для генерального наступления. Беспристрастная оценка требований обороны Соединныx Штатов и защиты их жизненных интересов на фоне сохранения активной позиции в ходе холодной войны, с одной стороны, и реально имеющихся возможностей - с другой, указывает на наличие существенного и при этом постоянно растущего разрыва между ними.
Анализ советской политики показывает, что состояние как фактической, так и потенциальной боеспособности Соединенных Штатов и остальной части свободного мира, с учетом открытой решимости свободного мира противостоять дальнейшей советской экспансии, не заставило Кремль ослабить давление или отказаться от инициативы в холодной войне. Напротив, Советский Союз последовательно проводит агрессивную внешнюю политику, которая смягчается только тогда, когда его действия наталкиваются на решимость и способность свободного мира сопротивляться посягательствам на его независимость. Относительное состояние боеспособности свободного мира ухудшается, может ослабить его волю к сопротивлению, а это может поставить под угрозу безопасность Соединенных Штатов и свободного мира в целом.
С военной точки зрения фактическая и потенциальная боеспособность США при условии продолжения выполнения нынешних и запланированных программ будет постепенно утрачивать свою эффективность в качестве фактора сдерживания. Повышение боеспособности будет приобретать все более серьезное значение не только в связи с необходимостью предотвращения развязывания войны Советским Союзом, но и в связи с необходимостью поддерживать национальную политику, направленную на изменение опасных тенденций в международных отношениях, имеющих место быть в настоящее время. Наращивание военной мощи США и свободного мира является важнейшим условием для достижения целей, указанных в настоящем докладе, а также для защиты Соединенных Штатов от катастрофы.
К счастью, благодаря политике, выработанной конгрессом, энергичному воплощению этой политики администрацией как в области организации, так и в области экономики, военная организация Соединенных Штатов превратилась в единую и эффективную силу. Теперь она является фундаментом, с помощью которого можно быстро наращивать потенциал с максимальной эффективностью и экономией.

2. Политические аспекты. Советский Союз удерживает инициативу в эскалации конфликта со свободным миром. Его атомный потенциал наряду с успехами на Дальнем Востоке подстегнул его уверенность и повысил нервозность в Западной Европе и в остальной части свободного мира. Конечно, у нас нет уверенности в том, насколько настойчиво Советский Союз будет следовать этой инициативе, как нет у нас уверенности и в том, насколько другие свободные страны проявят силу или слабость, реагируя на нее. Однако имеются зловещие признаки ухудшения ситуации на Дальнем Востоке. Кроме того, есть признаки ожидаемого падения уверенности и боевого духа в странах Западной Европы. В частности, ситуация в Германии остается нестабильной. Если среди свободных наций распространится убеждение или подозрение в том, что они не смогут помешать Советскому Союзу предпринять военные действия, описанные в главе V, если он того пожелает, решимость свободных стран оказывать сопротивление может ослабнуть и они могут уступить соблазну выбрать позицию нейтралитета.
С политической точки зрения признание военных последствий нынешних тенденций означает, что Соединенным Штатам и другим свободным странам придется отойти на оборонительные позиции или прибегнуть к опасной политике блефа, потому что удержание твердой инициативы в холодной войне тесно связано с высокой степенью боеготовности.
Проблема заключается главным образом вне соответствии имеющегося у свободного мира фактического военного потенциала и уровня угрозы, потому что свободный мир обладает экономическим и военным потенциалом, который намного превышает потенциал Советского Союза и его сателлитов. Однако советская угроза легла густой тенью на Западную Европу и Азию, подтверждая агрессивность политики СССР. У свободного мира отсутствуют достаточные средства - в форме имеющихся военных возможностей - для предотвращения такой экспансии в местном масштабе. Таким образом, Соединенным Штатам все чаще придется сталкиваться с дилеммой, реагировать ли им в широком масштабе на ограниченное увеличение советского контроля или не реагировать вообще (за исключением неэффективного выражения протеста и полумер). Поэтому следование существующим тенденциям скорее всего приведет к постепенному оставлению позиций под непосредственным или косвенным давлением Советского Союза, до тех пор пока однажды мы не увидим, что пожертвовали своими жизненно важными интересами. Другими словами, получится, что Соединенные Штаты в результате отказа принимать необходимые решения и предпринимать соответствующие действия окажутся изолированными в Западном полушарии. В лучшем случае такой курс приведет всего лишь к относительно кратковременному перемирию и закончится либо нашей капитуляцией, либо оборонительной войной вне благоприятных условиях и с невыгодных позиций против Советской империи, захватившей большую часть Евразии или всю ее целиком (см. раздел Б).

3. Экономический и социальный аспекты. Как говорилось в главе VI, нынешняя внешнеэкономическая политика и программы США не решат проблемы установления международного экономического равновесия, в особенности проблему курса доллара и не помогут создать экономический фундамент, способствующий политической стабильности во многих свободных государствах.
Программа восстановления Европы с точки зрения содействия восстановлению и расширению производства в Западной Европе сыграла ключевую роль в создании заслона распространению коммунистической заразы в Западной Европе. Однако уровень влияния Западной Европы на международные дела, соответствующий ее потенциальным возможностям, пока восстановлен лишь частично. Достижение прогресса в этом направлении потребует интегрированных политических, экономических и военных усилий и реализации программ, осуществляемых при поддержке Соединенных Штатов и стран Западной Европы, которые, возможно, будут подразумевать более активное участие Соединенных Штатов, чем это предусматривалось ранее.
Программа Пункт N (Point N Program) и другие программы помощи будут согласно нынешним ожиданиям не в состоянии поддержать усилия других важных государств по созданию эффективных институтов повышения качества управления своими делами и достижения достаточного уровня экономического развития. Умеренные режимы, находящиеся у власти во многих странах (таких, как Индия, Индонезия, Пакистан и Филиппины), могут не суметь восстановить или сохранить поддержку населения И власть, если им не будет оказана помощь для более скорого улучшения экономической и социальной структуры, чем могут обеспечить действующие программы.
Исполнительная ветвь власти в настоящее время взялась за изучение проблемы платежного баланса Соединенных Штатов и тех мер, которые Соединенные Штаты могут предпринять для установления международного экономического равновесия. Это очень важный проект, и работа над ним должна быть поставлена во главу угла. Однако если такая экономическая программа не будет сопровождаться и дополняться не менее дальновидной и энергичной военно-политической программой, нам не удастся остановить и повернуть вспять агрессию Кремля.

4. Переговоры. Следуя своему нынешнему курсу, свободный мир не сумеет эффективно воспользоваться огромным превосходством своего политического, экономического и военного потенциала, для того чтобы установить приемлемый порядок вещей во взаимоотношениях между нациями. Напротив, политическое, экономическое и военное положение в свободном мире уже является неудовлетворительным и продолжит усугубляться, если мы не предпримем действий для того, чтобы изменить направление действующих тенденций.
Эта ситуация препятствует успеху переговоров с Кремлем, так как условия соглашений по важнейшим вопросам, решаемым в настоящее время, будут отражать существующие реалии, а следовательно, будут неприемлемыми, если не сказать катастрофическими, для Соединенных Штатов и остальной части свободного мира. Если бы не были приняты решения и предприняты действия по наращиванию силы Соединенных Штатов и свободного мира в самом широком смысле, то попытки вести переговоры по всеобщему урегулированию на приемлемых для нас условиях оказались бы неэффективными, а сами переговоры, возможно, затянулись бы, тем самым значительно задержав принятие необходимых мер для наращивания нами военного потенциала.
Это правда, несмотря на тот факт, что у Соединенных Штатов сейчас имеется возможность нанести мощный удар по Советскому Союзу в случае войны, потому что реальность в настоящее время заключается в том, что Соединенные Штаты не готовы воспользоваться угрозой нашего нынешнего ядерного преимущества с целью заставить Советский Союз вступить в приемлемые для нас соглашения. При существующем развитии событий Советский Союз не отступит, и единственным возможным основанием для всеобщего урегулирования будут сферы влияния и отсутствия влияния - "урегулирование", которым Кремль воспользуется с готовностью в свою пользу. Идея, что Германия, или Япония, или другие важные регионы смогут существовать в виде нейтральных островов в разделенном мире, нереальна, если учесть планы Кремля на мировое владычество.

Б. Второй курс - изоляция

Следование существующим тенденциям, как было показано выше, постепенно приведет к отступлению Соединенных Штатов от своих нынешних обязательств в Европе и в Азии и к нашей изоляции в Западном полушарии и на подступах к нему. Такая ситуация явится результатом не сознательного решения, а нежелания предпринимать действия, необходимые для того, чтобы поднять уровень наших возможностей до такой степени, чтобы мы смогли выполнять свои обязательства, и, следовательно, отступления под давлением. Такое давление может исходить со стороны наших нынешних союзников, которые будут пытаться искать другие "решения", если они начнут сомневаться в нашей решимости усилить наши попытки по созданию успешно функционирующей политической и экономической системы в свободном мире.
Среди нас существуют сторонники добровольной изоляции.
С поверхностной точки зрения такой образ действий не лишен определенной привлекательности, поскольку он позволит привести в соответствие наши возможности и обязательства за счет сокращения первых и сосредоточения наших текущих, а возможно, и дополнительно сниженных военных расходов на обороне Соединенных Штатов.
Этот аргумент не учитывает относительности возможностей.
Если Соединенные Штаты окажутся в изоляции, то нам придется столкнуться с вероятностью, что Советский Союз быстро захватит большую часть Евразии, возможно, даже не встречая вооруженного сопротивления. За счет этого у него появится потенциал, который будет значительно превышать наш собственный, и он незамедлительно начнет наращивать этот потенциал с целью уничтожения нашей державы, которая, даже будучи изолирована, по-прежнему будет представлять для него угрозу и являться препятствием для установления его миропорядка. Мы перестанем представлять опасность для Кремля, лишь полностью подчинившись его воле. Таким образом, изоляция в конце концов заставит нас либо капитулировать, либо сражаться в одиночку и на оборонительных позициях, причем наши наступательные и контрнаступательные ресурсы будут несравнимо меньше, чем у Советского Союза. (Такое развитие событий является единственно возможным, если только мы не захотим рисковать своим будущим, полагаясь на то, что Советская империя из-за своих чрезмерных размеров или по другим причинам спонтанно разрушит сама себя изнутри.)
Этот аргумент также не предусматривает непредсказуемого, но тем не менее очень сильного воздействия добровольного решения изолироваться на нашу веру в свои силы и в правильность нашего образа жизни. Когда Советский Союз захватит свободные страны, очевидно, что многие американцы ощутят чувство глубокой ответственности и вины за то, что они бросили своих бывших друзей и союзников. Как только Советский Союз мобилизует ресурсы Евразии, повысив свой относительный военный потенциал и уровень угрозы для нашей безопасности, у некоторых появится соблазн принять "мир" на его условиях. В то же время многие будут пытаться защищать Соединенные Штаты за счет создания строго регламентированной системы, которая позволит направить большую часть имеющихся у нас ресурсов на оборонные цели. При таком порядке вещей наш национальный дух начнет разлагаться, а целостность и жизнеспособность нашей системы будут подорваны.
Если мы последуем по этому курсу, то все переговоры будут вестись только на условиях Кремля, потому что нам придется отказаться от всего самого важного.
Существует вероятность, что на определенном этапе нашей изоляции многие американцы начнут поддерживать идею внезапного нападения на Советский Союз и территорию, находящуюся под его контролем, в отчаянной попытке резко изменить равновесие сил нанесением сокрушительного удара с использованием оружия массового уничтожения. Вряд ли Советский Союз будет ждать такой атаки и не нападет первым. Но даже если бы это было так и даже если бы наше нападение было успешным, очевидно, что Соединенным Штатам придется столкнуться с тягостной необходимостью наведения относительного порядка в отношениях между нациями после такой войны и после многолетней оккупации большей части Евразии Советским Союзом. Эта задача выглядит столь масштабной, а успех столь маловероятным, что разумнее будет попытаться достичь наших целей другими средствами.

В. Третий курс - война

Некоторые американцы выступают за принятие решения начать войну против Советского Союза в ближайшем будущем. Нет никаких сомнений в том, что идея "упреждающего удара" ­ в значении военного нападения, не вызванного военным нападением на нас или наших союзников, - для американцев является неприемлемой ни при каких обстоятельствах. Ее сторонники утверждают, что, поскольку Советский Союз уже сейчас фактически находится в состоянии войны со свободным миром, поскольку тот факт, что Советский Союз не воспользовался своей боевой мощью в полной мере, диктуется исключительно вопросами целесообразности, мы находимся в состоянии войны и должны вести себя соответственно. Некоторые также утверждают, что свободный мир не способен мобилизовать и направить свои ресурсы на то, чтобы противостоять притязаниям Кремля на мировое господство, если только он не окажется в состоянии военного кризиса. В свете исторических событий это сильный аргумент, но соображения против войны настолько серьезны, что свободный мир обязан продемонстрировать неправильность этого аргумента. Доводы в пользу войны основаны на предположении, что Соединенные Штаты смогут осуществить нападение достаточной силы и начать наступление, с тем чтобы завладеть решающим преимуществом для свободного мира в длительной войне и возможно быстро прийти к ее быстрому завершению.
В настоящее время возможность осуществления активных наступательных операций Соединенными Штатами ограничивается нападением с применением атомного оружия. Можно было бы нанести мощный удар по Советскому Союзу, но, судя по оценкам, одних таких операций будет недостаточно, чтобы заставить или побудить Кремль капитулировать, и Кремль по-прежнему сможет воспользоваться силами, находящимися под его контролем, для того чтобы захватить Евразию полностью или частично. Это может означать трудную и длительную борьбу, в процессе которой свободные институты Западной Европы и большое количество свободолюбивого населения будут уничтожены, после чего Западной Европе будет очень трудно восстановиться.
Однако, помимо всего прочего, несмотря на провокационное поведение Советов, большинство американцев сочтет неожиданное нападение на Советский Союз недопустимым. Хотя американский народ, возможно, будет дружно ратовать за повышение боеспособности страны, шок, вызванный сознанием ответственности за совершение внезапного нападения, может оказаться губительным для морали народа. Многие будут сомневаться в справедливости такой войны и в том, что все разумные возможности для мирного урегулирования были добросовестно испробованы. Гораздо большее количество людей в других странах будет придерживаться такого же мнения, в частности в Западной Европе, в особенности в странах, переживших советскую оккупацию, хотя бы уже потому, что Советы к тому времени уничтожат всех своих явных противников. Победа в такой войне мало что нам даст, если это вообще можно будет считать победой в фундаментальном идеологическом конфликте.
Эти соображения не теряют своего значения, несмотря на их умозрительный характер, и они не позволят нам осуществить нападение, если только речь не идет о демонстративном контрударе в ответ на удар, который нам уже непосредственно собираются нанести. (Военные преимущества нанесения удара первыми приобретают особую важность в случае современных вооружений, и этот факт требует, чтобы мы всегда находились в состоянии готовности, с тем чтобы обрушить всю мощь нашего удара, как только на нас нападут, а по возможности еще до того, как Советы смогут нанести нам свой удар.) Если принять аргумент, приведенный в главе IV, то из него следует, что "простого" решения не существует и что единственный способ одержать уверенную победу заключается в том, чтобы разрушить планы Кремля, постоянно развивая моральные и материальные преимущества свободного мира и проецируя их в советский мир таким образом, чтобы способствовать изменению советской системы изнутри.

Г. Оставшийся курс действий - быстрое наращивание политического, экономического и военного потенциала в свободном мире

Ускоренное по сравнению с тем, что предусматривалось ранее, наращивание политического, экономического и военного потенциала, а тем самым и уверенности свободного мира в своих силах представляет собой единственный курс, который сообразуется с прогрессом в достижении нашей фундаментальной цели. Подрыв планов Кремля требует создания свободным миром успешно функционирующей политической и экономической системы и энергичного политического наступления на Советский Союз. Для этого, в свою очередь, требуется надежный военный щит, под прикрытием которого эти системы смогут развиваться. Необходимо обладать достаточной военной мощью для того, чтобы сдержать по возможности советскую экспансию и разгромить в случае необходимости Советы или инспирируемые Советами силы при осуществлении агрессии как ограниченного, так и тотального характера. Свободный мир обладает огромным силовым потенциалом; его способность развивать свою военную мощь к сопротивлению советской экспансии будет определяться мудростью и волей, которые необходимы для решения его политических и экономических проблем.

1. Военные аспекты. В главе VI говорилось, что военные силы CШA в стратегическом смысле носят скорее оборонительный характер, нежели наступательный, и скорее потенциальный характер, нежели фактический. Из анализа прошлого и из тенденций развития вооружений в их нынешнем виде и в том, который они приобретут в будущем, очевидно, что абсолютно неуязвимой обороны не существует. История военных действий также указывает на то, что благоприятного исхода можно добиться исключительно наступательными действиями. Даже оборонительная стратегия для достижения успеха требует не только сил обороны для удержания жизненно важных позиций, при мобилизации и подготовке к наступлению, но и наступательных сил для нападения на противника и лишения его равновесия.
Силы, которыми мы располагаем или которые находятся в состоянии боевой готовности, должны удовлетворять двум требованиям: поддержанию внешней политики и защите от катастрофы. Для того чтобы обеспечить выполнение второго требования, силы, которыми мы располагаем или которые находятся в боевой готовности, должны быть в состоянии как минимум выполнить определенные базовые задачи:
а) Защитить Западное полушарие и ключевые территории союзников, с тем чтобы последние могли наращивать свой военный потенциал.
б) Создать и защитить мобилизационную базу на то время, пока будет осуществляться накопление наступательных сил, необходимых для достижения победы.
в) Вести наступательные операции с целью уничтожения основных элементов советской боеспособности и не давать противнику обрести равновесие до тех пор, пока Соединенные Штаты и их союзники не накопят достаточный потенциал для полномасштабного наступления.
г) Защищать и сохранять за собой линии коммуникаций и места расположения баз, необходимые для выполнения вышеуказанных задач.
д) Предоставлять союзникам помощь, необходимую для выполнения ими отведенной им роли в вышеуказанных задачах.
В широком смысле способность выполнить эти задачи потребует от Соединенных Штатов и их союзников поднять свою военную мощь до такого уровня, чтобы как на начальном этапе, так и на протяжении войны их объединенные силы превосходили силы, которые смогут выставить Советский Союз и его сателлиты. Если говорить более конкретно, то нет необходимости обеспечивать соответствие сил с силами Советского Союза по каждому пункту, но следует обеспечить адекватную оборону на случай воздушной атаки на Соединенные Штаты и Канаду и на случай воздушной и наземной атаки на Соединенное Королевство и Западную Европу, Аляску, западную часть Тихого океана, Африку и Ближний и Средний Восток, а также на протяженные линии коммуникации, ведущие к этим территориям. Кроме того, обязательным условием при наращивании нашей военной мощи является рост нашего технического превосходства за счет усиленной эксплуатации научного потенциала Соединенных Штатов и наших союзников.
Силы такого масштаба и характера нужны не только для защиты от катастрофы, но и для поддержки нашей внешней политики. На самом деле можно возразить, что увеличение имеющихся военных сил и сил повышенной готовности необходимо скорее для сдерживания будущего агрессора, чем для создания силового ядра и мобилизационной базы, на основе которых будет строиться гигантская мощь, необходимая для обеспечения победы. Например, как в Первой, так и во Второй мировой войне победители обладали достаточными для победы силами в конце войны, при том что они не располагали достаточным потенциалом и силами повышенной боеготовности для того, чтобы предотвратить войну. Частично это произошло потому, что они не обладали достаточным военным потенциалом для того, чтобы обеспечить жесткую линию внешней политики. В любом случае, очевидно, что быстрое и значительное наращивание силы в свободном мире необходимо для поддержания твердой политики, направленной на то, чтобы остановить стремление Кремля к мировому господству.
Более того, Соединенные Штаты и другие свободные страны не обладают готовыми силами для противодействия Советам в местных конфликтах, поэтому им придется смириться с потерей позиций или воспользоваться такими действиями в местном масштабе в качестве повода для войны, к которой мы не готовы. Эта ситуация вызывает серьезное беспокойство наших союзников, особенно в Западной Европе, для которых тотальная война означает прежде всего советскую оккупацию. Таким образом, если наши совокупные силы не будут значительно увеличены в ближайшем будущем, наши союзники постепенно станут проявлять нежелание поддерживать проводимую нами твердую внешнюю политику и начнут все более активно искать другие решения, несмотря на то что они понимают, что политика умиротворения означает поражение. Важное преимущество четвертого курса действий состоит в наличии психологического фактора ­ возрождения уверенности и надежд на будущее. Разумеется, мы понимаем, что любое публичное объявление о принятии рекомендованного курса будет эксплуатироваться Советским Союзом в его кампании по борьбе за мир и может вызвать нежелательный психологический эффект в определенных частях свободного мира, пока не осуществлено значительное увеличение военного потенциала. Поэтому в любых публичных заявлениях относительно политического курса и характера принимаемых мер следует делать акцент на их оборонительную суть и постараться по возможности свести к минимуму отрицательные реакции внутри страны и за рубежом.

2. Политический и экономический аспекты. Ближайшие задачи, для выполнения которых наращивание военной силы является необходимым, хотя и недостаточным условием, заключаются в возобновлении инициативы в холодной войне и создании ситуации, в которой Кремль сочтет целесообразным изменить свою линию, прежде всего ослабив напряженность и давление, а затем постепенно отступив. Соединенные Штаты не могут в одиночку обеспечить ресурсы, необходимые для такого наращивания военной силы. Другие свободные страны должны взвалить на себя часть этого бремени, но их способность и решимость сделать это будет зависеть от тех действий, которые Соединенные Штаты предпримут для наращивания собственного потенциала и от проводимой ими соответствующей внешнеэкономической политики. Улучшение политических и экономических условий в свободном мире, как уже было подчеркнуто выше, необходимо в качестве основы для укрепления воли к сопротивлению и обеспечения необходимых средств, динамичного утверждения цельности и жизнеспособности нашего свободного и демократического образа жизни, от которого будет зависеть наша окончательная победа.
В то же время мы должны постоянно предпринимать шаги для того, чтобы снизить влияние Кремля внутри Советского Союза и в других регионах, находящихся под его контролем. Нашей целью будет установление дружественных нам режимов, неподвластных влиянию Кремля. Такие действия необходимы для того, чтобы отвлечь внимание Кремля, лишить его почвы под ногами и заставить Советы затрачивать значительные ресурсы на осуществление контрмер. Другими словами, мы воспользуемся методами холодной войны, которые применяет Советский Союз, против самого Советского Союза.
Программа по быстрому наращиванию силы и улучшению политических и экономических условий потребует с нашей стороны недюжинного ума и смелости; она будет дорогостоящей; она будет опасной. Но полумеры будут еще более дорогостоящими и опасными, потому что они являются недостаточными и могут фактически послужить поводом для войны. Бюджетные соображения потребуется подчинить жесткому факту, который заключается в том, что на карту может быть поставлена независимость нашей нации, не более и не менее.
Необходима подробная и решительная программа по достижению мира и подрыву планов Кремля, составленная таким образом, чтобы она могла на долговременной основе обеспечивать осуществление наших национальных задач. Она должна включать в себя по возможности:
Развитие политической и экономической системы, необходимой для осуществления наших долговременных задач.
Значительное увеличение расходов на военные цели для выполнения задач, перечисленных в пункте Г-1.
Значительное увеличение программ военной помощи, рассчитанных на развитие сотрудничества, которые бы в необходимой мере эффективно удовлетворяли потребности наших союзников для выполнения задач, перечисленных в пункте Г-l-д.
Рост программ экономического содействия и признание необходимости продолжения этих программ до тех пор, пока их цели не будут достигнуты.
Объединение усилий по разрешению проблемы платежного баланса США, следуя курсу, уже получившему одобрение Президента.
Развитие программ, рассчитанных на повышение и поддержание уверенности среди других народов в нашей силе и решимости и на ведение открытой психологической войны, направленной на поощрение массового отказа населения от соблюдения верности Советам и подрыв планов Кремля всяческими способами.
Усиление активных и своевременных мер и операций тайными средствами в сфере методов ведения экономической, политической и психологической войны с целью разжигания и поддержания недовольства и бунтарских настроений в отдельных стратегических государствах-сателлитах.
Развитие системы внутренней безопасности и программ гражданской обороны.
Усовершенствование и повышение активности действий разведки.
Снижение федеральных расходов на цели, не связанные с обороной и помощью иностранным государствам, в случае необходимости в ущерб некоторым важным программам.
Повышение налогов.
Важнейшими предпосылками успеха этой программы являются: (а) консультации с руководителями конгресса, направленные на то, чтобы добиться для программы законодательной поддержки, не связанной с партийными взглядами, и (б) представление общественности подробного разъяснения фактов и последствий действующих международных тенденций.
Программа будет дорогостоящей, но здесь уместно будет вспомнить о диспропорции, существующей между потенциальными возможностями советского и несоветского миров. Советский Союз в настоящее время направляет 40 процентов имеющихся у него ресурсов (национальный валовой продукт плюс репарации, в совокупности составившие в 1949 году около 69 млрд долларов США), на военные расходы (14 процентов) и на инвестиции (26 процентов), большая часть из которых поступает в отрасли, связанные с развитием обороны. В случае необходимости Советский Союз может увеличить количество ресурсов, выделяемых на эти цели, до 50 процентов, или одну четвертую часть.
Соединенные Штаты в настоящее время выделяют около 22 процентов своего национального валового продукта (225 млрд долларов в 1949 году) на военные расходы (6 процентов) и в виде инвестиций (14 процентов), малая толика которых поступает в оборонную отрасль. (Как говорилось в главе V, "боевая ценность", получаемая на один доллар расходов в Советском Союзе, значительно превышает аналогичную величину в Соединенных Штатах главным образом за счет чрезвычайно низкого уровня жизни военного и гражданского населения в Советском Союзе.) В случае острой необходимости Соединенные Штаты могли бы выделять до 50 процентов своего национального валового продукта на эти цели (как это было во время последней войны), что будет означать увеличение нынешних расходов непосредственно и косвенно на военные цели и помощь иностранным государствам в несколько раз.
С точки зрения экономики в целом программа необязательно приведет к снижению уровня жизни, потому что экономические результаты программы могут способствовать увеличению национального валового продукта на большую сумму, чем та, которая уходит на удовлетворение военных целей и оказание помощи иностранным государствам. Одним из наиболее важных уроков, извлеченных из опыта Второй мировой войны, является тот факт, что американская экономика, когда она работает на уровне, близком к максимальной производительности, может обеспечивать огромные ресурсы для целей, не связанных с гражданским потреблением, при сохранении высокого уровня жизни. В период между 1939 и 1944 годом, с учетом скидки на ценовые изменения, расходы на персональное потребление выросли примерно на одну пятую, несмотря на то что тем временем в экономике увеличилось количество ресурсов, поступающих в распоряжение правительства, на 60-65 млрд долларов (по ценам 1939 года).
Такое соотношение между потенциалами Советского Союза и Соединенных Штатов совпадает с соотношением потенциалов советского мира и свободного мира и играет важнейшую роль при рассмотрении возможных курсов Соединенных Штатов.
Это сравнение дополнительно подчеркивает тот факт, что проблемы, с которыми сталкиваются свободные страны в своих попытках построить эффективно функционирующую систему, относятся не столько к сфере экономики, сколько к сфере политики. Построение такой системы может потребовать ускоренного движения по направлению к более тесному сотрудничеству свободных государств в соответствии с концепцией Объединенных Наций. Очевидно, что наши долгосрочные задачи требуют укрепления Объединенных Наций или организации, которая ее заменит, которая будет отвечать за поддержание мира и порядка в системе, основанной на свободе и справедливости. Очевидно также, что объединяющий идеал такого типа сможет разбудить и активизировать в свободных людях скрытую духовную энергию, и они с энтузиазмом поддержат позитивную программу, направленную на обеспечение мира, далеко не ограничивающуюся подрывом кремлевских планов и открывающую такие широкие горизонты для будущего, которые сторицей оправдают временные жертвы.
Угроза свободному миру, связанная с разработкой Советским Союзом атомных и других вооружений, будет расти неуклонно и достаточно быстро. В настоящее время Соединенные Штаты обладают заметным ядерным превосходством над Советским Союзом, которое в сочетании с потенциальными возможностями Соединенных Штатов и других свободных государств в области других сил и вооружений сдерживает агрессивные действия Советов. Это дает возможность Соединенным Штатам в сотрудничестве с другими свободными государствами начать действия по наращиванию вооружений для поддержания жесткой политики, направленной на подрыв планов Кремля. Ближайшая цель наших усилий по построению в свободном мире эффективной политической и экономической системы, поддерживаемая соответствующей военной силой, - отложить и предотвратить катастрофическую ситуацию, которая может возникнуть в 1954 году, если мы будем следовать нашим действующим программам в свете возможного наличия у СССР водородной бомбы. Если мы будем действовать незамедлительно и энергично, таким образом, чтобы, так сказать, отодвинуть эту дату в более позднее будущее, то за это время возможно изменение условий, отступление Советов и расстройство их планов, которое вызовет необходимые изменения в советской системе. Однако времени у нас мало, а риск войны, пока мы решаем, наращивать ли нам вооружения, растет неуклонно.



Выводы и рекомендации




ВЫВОДЫ

Вышеприведенный анализ показывает, что вероятность наличия у Советского Союза водородной бомбы и термоядерной бомбы значительно повышает угрозу безопасности Соединенных Штатов. Эта угроза носит тот же характер, что и угроза, описанная в документе NSC 20/4 (утвержденном Президентом 24 ноября 1948 года), но она гораздо более актуальна, чем считалось раньше. В частности, Соединенные Штаты в настоящее время вынуждены рассмотреть вероятность того, что в течение последующих четырех-пяти лет Советский Союз будет обладать военным потенциалом, достаточным для нанесения внезапного ядерного удара такой силы, что Соединенным Штатам необходимо будет обладать гораздо более значительными количествами общих воздушных, наземных и морских вооружений, ядерных вооружений, а также возможностями противовоздушной и гражданской обороны для предотвращения войны и обеспечения разумной уверенности в том, что в случае войны они сумеют пережить изначальный удар и продолжать осуществление своих конечных задач. В свою очередь, такая вероятность потребует от нас активизации наших усилий в области разведки, а также исследований и разработок.
Учитывая близость опасности, нижеследующее перечисление угроз со стороны Советов, содержащееся в документе NSC 20/4, остается актуальным:
14. Наиболее серьезную угрозу для безопасности Соединенных Штатов в обозримом будущем представляют враждебные планы и чудовищная мощь СССР, а также сам характер советской системы.
15. Методы политической, экономической и психологической войны, которые в настоящее время использует СССР, грозят ослабить позиции Соединенных Штатов в мире и помешать работе традиционных институтов за счет применения средств, граничащих с методами ведения открытой войны, если им не будет оказано достойное сопротивление со стороны нашего государства и других некоммунистических стран.
16. Риск войны с СССР является достаточно высоким для того, чтобы Соединенные Штаты в соответствии с соображениями здравого смысла занялись вплотную адекватной и своевременной подготовкой к войне.
Несмотря на то что нынешние оценки показывают, что советские лидеры, возможно, не намереваются начинать по своей инициативе вооруженные действия, в которые могут оказаться вовлечены Соединенные Штаты, вероятность того, что они могут намеренно прибегнуть к войне, не исключена.
В настоящее время и в обозримом будущем имеется постоянная опасность, что война может разразиться либо в результате просчета Советов в отношении решимости Соединенных Штатов воспользоваться всеми имеющимися у них средствами для обеспечения собственной безопасности из-за неправильного истолкования Советами наших намерений, либо из-за неправильного восприятия Соединенными Штатами реакции Советов на меры, которые могут быть предприняты нами.
17. Возможное советское господство над территорией Евразии независимо от того, будет ли оно достигнуто путем агрессии или подрывными и политическими средствами, является неприемлемым для Соединенных Штатов со стратегической и политической точек зрения.
18. Способность Соединенных Штатов в мирных условиях или в случае войны противостоять угрозе собственной безопасности или добиваться своих целей будет значительно ослаблена причинами внутреннего характера, среди которых важную роль играют:
Тщательно организованный шпионаж, подрывная работа и саботаж, в частности осуществляемые за счет хорошо организованных и согласованных действий коммунистов.
Длительная или повышенная экономическая нестабильность. Отсутствие внутриполитического и социального единства. Недостаточность или избыточность вооружений или затраты на помощь иностранным государствам.
Чрезмерное и непредусмотрительное растрачивание наших ресурсов в мирное время.
Падение престижа и влияния США, связанное с колебаниями или политикой умиротворения, или недостатком умений и воображения в проведении внешней политики, или попытками уйти от ответственности за судьбы мира.
Появление ложного чувства безопасности, связанного с обманными изменениями советской тактики.
Хотя тенденции, перечисленные в параграфе 18, могут значительно ослабить силы Соединенных Штатов и их союзников при попытках бороться с советской угрозой их безопасности, с 1948 года был достигнут существенный прогресс в закладывании фундамента, на котором можно было бы быстро построить достаточный силовой потенциал.
Анализ также подтверждает, что наши задачи в отношении Советского Союза как в мирное, так и в военное время, как указано в документе NSC 20/4 (параграф 19), остаются по-прежнему в силе, равно как и цели и указанные там меры (параграфы 20 и 21). Наши действующие программы по обеспечению безопасности и стратегические планы базируются на этих задачах, целях и мерах:
19. Снизить мощь и влияние СССР до такой степени, чтобы он перестал представлять угрозу для мира, национальной независимости и стабильности в мировой семье наций.
В корне изменить построение международных отношений, осуществляемое действующим правительством России, таким образом, чтобы они соответствовали целям и принципам, изложенным в Уставе ООН.
При выполнении этих задач необходимо приложить усилия, чтобы не нанести непоправимого вреда нашей экономике, а также базовым ценностям и институтам, определяющим наш образ жизни.
20. Мы должны попытаться добиться выполнения наших основных задач невоенными способами, за счет достижения следующих целей:
а) Способствовать и содействовать постепенному удалению неправомерно применяемой российской силы и влияния из регионов, которые в настоящее время располагаются по периметру традиционных российских границ, и превращению государств­сателлитов в независимые от СССР государства.
б) Способствовать появлению у народов России настроений, которые могли бы помочь изменить нынешнее поведение Советов, и создать условия для возрождения национальной жизни групп, демонстрирующих способность и решимость добиться национальной независимости и удержать ее.
в) Развеять миф, благодаря которому народы, не подверженные советскому военному влиянию, находятся в подчиненном по отношению к Москве положении, и заставить мир в целом распознать истинный характер СССР и мировой коммунистической партии, находящейся под руководством Советов, заняв логичную и реалистичную позицию по отношению к ним.
г) Создавать ситуации, которые заставили бы советское правительство признать нежелательность с практической точки зрения действий на основании его нынешних концепций и необходимость вести себя в соответствии с правилами международного поведения, как предписывают цели и принципы Устава ООН.
21. для достижения этих целей Соединенным Штатам необходимо:
а) Поднять уровень своей боеготовности и поддерживать его, насколько это будет необходимо, для сдерживания советской агрессии, в качестве незаменимой опоры для наших взаимоотношений с СССР, для повышения уверенности наций, сопротивляющихся советской политической агрессии, в качестве адекватной базы для незамедлительного выполнения военных обязательств и быстрой мобилизации, в случае если война окажется неизбежной.
б) Обеспечить внутреннюю безопасность Соединенных Штатов перед лицом угроз саботажа, подрывной деятельности и шпионажа.
в) Максимально увеличить наш экономический потенциал, включая усиление нашей экономики в мирное время и создание ключевых резервов, которыми можно было бы незамедлительно воспользоваться в случае войны.
г) Усилить ориентацию несоветских наций на дружественные взаимоотношения с Соединенными Штатами; и помочь таким нациям, которые способны и хотят внести важный вклад в обеспечение безопасности CШA, повысить свою экономическую и политическую стабильность и увеличить свой военный потенциал.
д) Обеспечить максимальное давление на советскую властную структуру и, в частности, создать напряженность в отношениях между Москвой и государствами-сателлитами.
е) Постоянно информировать общественность CШA об угрозах нашей национальной безопасности, с тем чтобы она была готова поддержать меры, которые нам придется предпринять в этой связи.
Однако в условиях наличия у Советского Союза атомных вооружений существует опасность, что действий, которые могут быть предприняты в соответствии с ныне действующими программами и планами, окажется недостаточно как с точки зрения сроков, так и с точки зрения их масштабов для быстрого достижения Соединенными Штатами политических, экономических и военных целей, которые в настоящее время являются жизненно необходимыми.
Следование нынешним тенденциям приведет к существенному сокращению силы вооружений в свободном мире по сравнению с Советским Союзом и его сателлитами. Эта неблагоприятная тенденция является скорее следствием неадекватности наших нынешних программ и планов, нежели ошибок в постановке наших целей и задач. Такие тенденции ведут нас по направлению к изоляции, связанной не с нашим добровольным выбором, а с отсутствием необходимой базы для активных и инициативных действий в конфликте с Советским Союзом.
То, что мы являемся центром власти свободного мира, налагает на Соединенные Штаты суровую обязанность по принятию на себя функций лидера. Мы должны организовать и мобилизовать энергию и ресурсы свободного мира в рамках позитивной программы мира, которая позволила бы сорвать планы Кремля на мировое господство, и создать такое положение в свободном мире, под которое Кремлю придется подстраиваться. Без осуществления таких совместных усилий под руководством Соединенных Штатов нам придется постепенно отступать под давлением до тех пор, пока однажды мы не обнаружим, что пожертвовали позициями, представляющими для нас жизненно важный интерес.
Эту тенденцию необходимо переломить, обеспечив быстрое совместное наращивание фактических вооружений Соединенными Штатами и другими государствами свободного мира. Анализ показывает, что это будет дорого стоить и потребует значительных финансово-экономических изменений.
Осуществление такого наращивания силы, однако, потребует от Соединенных Штатов позитивной программы, выходящей за рамки исключительно оборонительных и контрнаступательных целей в отношении угрозы, которую представляет собой Советский Союз. Программа должна освещать путь к миру и порядку во взаимоотношениях между нациями в рамках системы, основанной на свободе и справедливости, как это предусматривает Устав Организации Объединенных Наций. Кроме того, она должна предусматривать политические и экономические меры и создание военного щита, под защитой которого свободный мир сможет работать над срывом кремлевских планов, используя стратегию холодной войны; потому что все соображения сохранения приверженности нашим фундаментальным ценностям и требованиям нашей национальной безопасности требуют, чтобы мы осуществляли выполнение своих задач с помощью стратегии холодной войны, наращивая свой военный потенциал с тем, чтобы нам по возможности не пришлось им воспользоваться. Единственный путь к уверенной победе заключается в срыве планов Кремля за счет непрерывного развития моральной и материальной мощи свободного мира и ее проецирования в советский мир таким образом, чтобы спровоцировать изменения внутри советской системы. Такая позитивная программа, которая соответствует нашей фундаментальной национальной цели и нашим задачам, необходима, если мы хотим завладеть инициативой и удержать ее, а также обеспечить себе необходимую поддержку и сотрудничество населения в Соединенных Штатах и в остальной части свободного мира.
Программа должна включать в себя план переговоров с Советским Союзом, разработанный и согласованный с нашими союзниками и соответствующий нашим задачам. Соединенные Штаты и их союзники, в особенности Соединенное Королевство и Франция, должны быть всегда готовы к переговорам с Советским Союзом на условиях, соответствующих нашим задачам. Существующее в мире положение, однако, препятствует успеху переговоров с Кремлем, так как условия соглашений по важнейшим вопросам, решаемым в настоящее время, будут отражать существующие реалии, а следовательно, будут неприемлемыми, если не сказать катастрофическими, для Соединенных Штатов и остальной части свободного мира. После того как будет принято соответствующее решение и свободный мир начнет активно наращивать военную силу, возможно, Соединенные Штаты попытаются начать переговоры в надежде, что им удастся заставить Кремль изменить свою позицию с учетом новой ситуации. Если этого сделать не удастся, то нежелание Кремля принять разумные условия или их соблюдать будет способствовать консолидации общественного мнения в свободном мире, направленного на поддержку мер, необходимых для продолжения наращивания вооружений.
В общем, мы должны за счет ускоренного и непрерывного наращивания политических, экономических и военных сил свободного мира, а также с помощью позитивной программы, направленной на то, чтобы вырвать инициативу у Советского Союза, представить ему убедительные доказательства решимости и способности свободного мира сорвать планы Кремля по установлению своего господства над миром. Такие доказательства являются единственным средством, за исключением войны, которое может в конечном итоге заставить Кремль отказаться от его нынешнего курса и пойти на переговоры о приемлемых соглашениях по вопросам ключевой важности.
Успех предлагаемой программы полностью зависит от того, насколько наше правительство, американский народ и все свободные народы сумеют в конечном итоге признать, что холодная война - это на самом деле настоящая война, в которой на карту поставлено выживание свободного мира. Важнейшими предпосылками успеха являются консультации с руководителями конгресса, направленные на то, чтобы добиться для программы законодательной поддержки, не связанной с партийными взглядами, и представление общественности подробного разъяснения фактов и последствий действующих международных тенденций. Выполнение этой программы потребует от нас всех находчивости, жертвенности и единства, диктуемых суровостью проблемы, и настойчивого упорства в достижении наших национальных задач.



РЕКОМЕНДАЦИИ

Чтобы Президент:
Одобрил вышеприведенные заключения.
Поручил Совету Национальной Безопасности при поддержке других соответствующих министерств и ведомств обеспечивать координацию и выполнение поставленных здесь задач в срочном порядке и на долгосрочной основе в течение такого периода времени, который будет необходим для осуществления наших задач. Для этого представители участвующих министерств и ведомств, Комитета начальников штабов или их заместители, а также представители других министерств и ведомств (в зависимости от необходимости) должны составить новый штаб, который будет заниматься разработкой согласованных программ, предназначенных для рассмотрения Советом Национальной Безопасности. Этот штаб также должен быть подотчетен СНБ.


2006-2013 "История США в документах"